вышвырнули птиц на берег. Мокрые, измученные, они уже не могли участвовать в сражении. Часть вступила в схватку с белохвостыми. Но три самых сильных, безошибочно почувствовав техно, устремились к башне. Виталик успел заметить их и догадаться, что сейчас произойдет.
– Спрячься! – вложив в свой призыв всю волю, телепатировал Виталик.
Слово Натка не распознала, но ощутила настойчивый сигнал об опасности. Она успела метнуться в угол, когда три стрелы-пера одновременно влетели в окно. Натка взвизгнула. Два пера ударились об пол, коротко сверкнув. Дерево в местах их падения обуглилось. Третье задело слепилку и, оставив на ее боку кривой росчерк, вонзилось в щель между досками. Натка боялась шевельнуться, зажала ладонями рот; ее била крупная дрожь. Тем временем серые орланы изменили угол прицела, поднявшись выше, и вновь выпустили стрелы. На этот раз все три попали в стекло прожектора, и оно разлетелось сотней мельчайших осколков, усыпав пол, отрикошетив от стен. Натка успела отвернуться, прикрывая голову, но руки тут же исцарапало, искололо стеклянной крошкой. Плача от боли и страха, она присела на корточки, пытаясь сжаться, спрятаться от неминуемой угрозы. Она не видела, как подоспел майор с остатками уно и атаковал смертоносную троицу.
– Атака сверху! – подал он сигнал своим орланам, и часть из них рассредоточилась над крышей, которую уже пытался бомбардировать враг.
Техно ли строили башню, не было доподлинно известно. Стены выглядели прочными, но черепичная крыша казалась более уязвимой. Сумев увернуться от белохвостого, один из серых орланов метнул перо. Вспышка! И горстка пепла.
К счастью, стрела не причинила никакого вреда. Но оставался другой способ. Майор серых камнем упал на крышу и вышел из трансформации. Устойчиво упершись ногами, он принялся быстро-быстро расшвыривать пластинки черепицы. Виталик кинулся на него сверху. Забыв об облике, о запрете нападать на человека, он думал только об одном: защитить птенца, находящегося под крышей. Птенец не принадлежал к его гнезду, но Виталик счел, что это неважно. Налетев на майора, он чуть не опрокинул его навзничь. Тот на секунду замешкался от изумления, но успел взять себя в руки, прошипев:
– Мальчишка!
И мощным ударом отшвырнул Виталика. Стукнувшись о твердую черепицу, тот вышел, а вернее, стремительно вылетел из трансформации, они сцепились с врагом, покатились по наклонной поверхности и у края рухнули вниз. Лишь у самой земли они успели разомкнуть объятия и вновь взмыть птицами ввысь.
Баталия только набирала обороты, когда площадь неожиданно начала наполняться людьми.
«Зачем они пришли, чем помогут?» – мелькнула отчаянная мысль у майора белохвостых, когда он получил донесение.
Взмыв свечой вверх, он издал громкий, прерывистый клич – сигнал к мгновенному прекращению боевых действий. Такое допускалось только в случае оглашения условий перемирия.
Все орланы разом, как будто их переключили с одной команды на другую, устремили взоры к майору белохвостых.
– Внимание! – «проговорил» он. – Как мне только что сообщили, мэр острова отплыл со Светлоярска вместе с охраной.
Воцарилась тишина. Поскольку никто не нарушил ее, майор продолжал:
– Командующий силами Серого ордена! Прошу вас отозвать своих уно. Вы больше не связаны приказом, как и договоренностью с представителем Империи.
Майор серых, сидящий на крыше рядом с Виталиком, с которым они только что яростно клевали друг друга в шею, взглянул на мальчишку с явным сожалением. Затем, взлетев, издал призывный клич. Оставшиеся серые орланы тотчас оказались подле него. А затем стая правильным треугольником взмыла под небеса.
И через несколько секунд пропала за облаками.
«Неужели все?» – подумал Виталик.
Словно в ответ на его мысли, майор белохвостых скомандовал: «Отбой».
Первым делом Виталик ринулся в окно. Как ни удивительно, скорчившаяся в углу Натка узнала его.
– Осторожно, тут стекла! – крикнула она, поняв, что он собирается ударяться об пол.
Виталик отлетел подальше, отыскал свободный от осколков пятачок и наконец вышел из трансформации. Натка кинулась к нему, он схватил ее за руки и громко чмокнул в щечку:
– Мы победили, сестренка. Все хорошо.
…Разбитая слепилка смотрела на море невидящим взором.
Елка спала в маячной комнате, а мы сидели с Ар-том внизу, на столе.
– Значит, все было зря…
– Не зря! – вздохнула я. – Я теперь точно знаю, что у Алеши все хорошо, и… – К горлу опять подступил комок, и договорила я уже сквозь слезы: – Никакие сестры ему не нужны…
– Ну вот, опять! – сердито сказал Арт и рывком прижал меня к себе, лицом к футболке, на которой едва успело высохнуть соленое пятно с прошлого раза. – Я вообще не о нем, а про медальон! Ты сбежала от искинов, сбежала от полицейских, не испугалась этого, с крыльями… Я про таких только сказки
