Алексею Михайловичу так это дело понравилось, что он распорядился придумать еще штук пять орденов. А что?
Ну оч-чень удобно. И наградил, и казне не в убыток.
Это Софья, конечно, ехидствовала сама с собой. А Алексей Михайлович о таком не думал. Он просто был счастлив, что сын возвращается.
Бояре, конечно, шушукались по углам, но все же не сильно. Как-никак, победитель. Да кого!
Османов!
Тут поневоле начнешь язычок прикусывать…
Письмо пришло за два дня до свадьбы.
Михайло ходил весь день задумчивый, а потом-таки поделился с Марфой.
— Возьми, радость моя, ты же читаешь на латыни…
Читала. Хоть и не слишком хорошо, ну да за последние пару месяцев получше стало. Марфа взяла свиток, поглядела на печать…
— Священная Римская империя… та-ак…
Леопольд Первый.
И что нам пишет император?
Вещи были написаны достаточно интересные, так, что Марфа даже скопировала письмо для брата. А что?
Важно!
Поздравляет с победой над погаными нехристями. М-да, сразу видно, что шпионская сеть у него налажена на славу.
И аккуратно интересуется планами русских. А что — Азов они заняли, что далее делать будут? Не известно ли венценосному брату?
Да, и говорят, что королева в тягости, возможно, если будет мальчик, не стоит ли им поговорить о помолвке?
К тому же, если Польша окажет помощь соседу в священной и праведной войне, империя будет ну очень признательна…
Морально.
Денег все равно нет.
Марфа вздохнула, поглядела на мужа.
— Что ты хочешь делать, любимый?
— А что тут можно сделать? Сообщу обо всем твоему брату. По крайней мере, один союзник у него будет в войне с турками. Пусть согласуют.
— Да, война будет…
Марфа и не сомневалась. Любой султан, останется ли Мехмед, придет ли кто-то еще, обязан будет одержать хотя бы одну победу и примерно наказать наглецов, которые покусились на одряхлевшую, но вполне еще мощную Османскую империю.
— И я не останусь в стороне, — заверил жену Михайло. — Я слишком благодарен моим родственникам.
Марфа улыбнулась. Не «твоему отцу, твоему брату…». Нет.
Родственникам.
Вот что важно.
— А помолвка? Коли у нас сын будет?
— Обязательно будет. Но с помолвкой мы подождем. Вдруг ему так же повезет, как мне?
Его величество заключил жену в объятия. Марфа уткнулась ему в плечо и тихонько улыбнулась.
Конечно, повезет.
Она постарается.
Свадьба вышла роскошной.
Героический жених, бледная от волнения невеста, которую вел к алтарю русский королевич…
Да и свой король уже пообещал Володыевскому, что станет крестным отцом его первенца. Такое благоволение!
Венчал пару как раз краковский епископ Анджей Тшебинский. А кто еще имел право?
Пусть он иногда и чуть хмурился, вспоминая о приличиях, но потом мысленно махал на это рукой. А и то — правильно они делают. Сейчас Володыевский — герой, Бася тоже не просто так, а женщина, которая не покинула его перед лицом опасности, готовясь сложить свою голову рядом с любимым. А потом, схлынет победный угар — и пойдут шипеть… гадюки.
Нет уж, пусть сейчас все решено будет.
Пусть свадьба и тайная, и присутствуют всего с десяток человек — не важно! Сплетни все равно разойдутся, просто потом, после отъезда героев. И пусть…
Торжественно пел орган, сплетались голоса певчих — и никто и рядом не вспоминал, что русский царевич — немного другого вероисповедания. Вот
