Больше в эту ночь тревожные мысли Михайлу не посещали.
Шумно было в древнем граде Каменце. Особенно в доме пана Володыевского.
— Я уезжаю! Баська, где ты, негодная девчонка! Иди сюда, мне надо шторы снять!
Пани Кристина Володыевская металась вихрем по дому, успевая накричать на слуг, проверить сундуки и распорядиться племянницей. Но мужу она тоже внимание уделила.
— Ты тоже собери свои вещи. Мы должны уехать сегодня.
— Кристина, ты с ума сошла?
— Нет, это ты не понимаешь!
Пани Кристина решила на миг перевести дух, остановилась в гостиной у сундуков с добром и внимательно поглядела на мужа.
Уже — четвертого мужа, заметим.
Пани Кристина себя не обманывала. Она была некрасива, неглупа — и богата. У ее отца, пана Езерковского, было большое поместье и много денег, и именно это и привлекало в ней женихов.
Вот и Ежи…
Фактически — купленный муж, так что об уважении с ее стороны и речи не шло. Разве что пани чуть сдерживалась, говоря с ним, остальным-то от ее характера и еще поболее доставалось.
— К нам сюда идут турки. Говорят, их более ста тысяч. А что у тебя? Пятьдесят человек да шавка Маська?! Бежать отсюда надо! Бежать!
— Я отвечаю за оборону Каменца. Кристя, если я сбегу — это измена будет!
— Да кто потом разберется, когда ты уехал? Скажи, что за пушками! Или за припасом!
— Кристина, я не могу так поступить. Это против чести.
— Тогда я одна уеду!
— Ты не можешь так поступить. Ты моя жена, а жена да последует…
— Нет уж, дорогой! — Пани Кристина уперла руки в бока. — Коли тебе так захотелось — помирай сам, а меня за собой не тяни! Трех мужей я уже схоронила — и четвертого схороню!
— Тетя!
Пани Кристина резко развернулась и отвесила пощечину племяннице.
— А ты вообще молчи, приживалка! Из милости тебя держу, а ты еще рот открывать вздумала?!
Кристина размахнулась еще раз, но сильная рука перехватила ее кисть.
Ежи толкнул свою жену в кресло.
— Значит, так. Я никуда отсюда не уеду. Понадобится — здесь и полягу. А что до тебя… хочешь уехать — катись. Но женой ты мне больше после этого не будешь!
— Вдовой буду! — огрызнулась пани Кристина, — все равно ты здесь подохнешь, как пес, под турецкими саблями…
— Кристина, я тебе все сказал. Посмеешь уехать — пеняй на себя.
Ежи развернулся и вышел из дома. Руки тяжело сжимались и разжимались… ему хотелось просто размазать по стене эту бабу, волей судьбы ставшую его женой… мерзавка!
К черту ее!
Надо готовиться к войне с турками!
Кристина посмотрела вслед мужу.
Дурак!
Ну и пусть катится к чертям! Она себе и пятого мужа найдет — ничего не случится! А покамест надобно собрать все — и ехать. Выезжать лучше засветло, а то у нее повозки…
— Баська!
Племянница не ответила, и пани Кристина поспешила по дому ее разыскивать.
— Барбара, пся крев! Баська, холера…
Племянницу она так и не нашла. И за два часа до заката уехала одна.
Как Марфа радовалась потом, что упросила мужа отдать приказ Собесскому не на заседании сейма. И так много воли эти болтуны забрали, лучше приказ отдать, а потом о нем поговорить. Мол, так и так, для вашей же защиты. А то ведь самое лучшее дело заболтают! Опять же, и себя утверждать надо…
