Обернувшись, я увидела Иртални, стоявшего на выходе из кухни.
— Эту программу повторяют? — наивно спросила я.
— Не знаю, — улыбнулся в бороду визитер. — Я слушал оперетту вживую.
— А-а, — протянула я.
Выражать свой восторг вслух не стала, дабы не выглядеть совсем уж полной деревенщиной.
При появлении Иртални я попыталась встать, но он дал мне знак этого не делать, после чего сам опустился в соседнее кресло. Не так чтобы я почувствовала себя очень комфортно, но, с другой стороны, и не безумно скованно. Все-таки общаться один на один с самыми разными людьми самых разных сословий я приучилась: профессия обязывает.
А между тем мы действительно остались один на один. Алджи подошел ко мне, сказал, что ему надо сделать несколько срочных звонков, и удалился в кабинет. А по обращенному на меня взгляду Иртални я поняла, что посидеть, молча слушая эхолинии, мне не светит. Ну да ладно. Хочет поговорить, можно и поговорить.
— Я вижу, вы любите оперетту? — начал он именно так, как и следовало в данном контексте начать светскую беседу.
Однако не исключено, что вопрос был не без подвоха.
— Да, — с вызовом, даже вскинув голову, ответила я.
Да, я отлично помнила, что в определенных кругах любовь к оперетте есть признак дурного вкуса. Но не считала это поводом для лживого ответа на вопрос. Мои вкусы — мое дело, а к упомянутому выше кругу я не отношусь в любом случае, и это видно невооруженным глазом.
— Есть в них что-то, несмотря на примитивность сюжетов, — задумчиво согласился собеседник, глядя в камин.
Не иначе по привычке, ибо огонь разожжен не был.
Я осторожно на него покосилась. Впрочем, чему я удивляюсь: он же сам минуту назад признался, что ходил на эту самую оперетту. Хотя это еще не значит, что он любит такую музыку. В их кругу посещения мероприятий вообще ничего не значат. Взять хотя бы упомянутых Алджи дворян, которые обедают в «Поднебесье», невзирая на боязнь высоты. Но вообще незнакомец производил впечатление человека, приятного в общении. Да и Алджи явно видел в нем «своего». Это следовало и из открытой для Иртални телепортации в квартиру, и из того, как принял гостя Алджи. Может быть, и без восторгов, но действительно как «своего».
— Вы давно работаете с капитаном Уилфортом, госпожа Рейс? — поинтересовался Иртални.
— Не очень, — призналась я. — Около двух месяцев. С того момента, как он пришел служить к нам в участок.
— Понятно. А вы сами? Сколько времени служите в участке?
— Шесть лет, — не без гордости ответила я.
— Вот как. — Он немного помолчал, глядя на меня все так же изучающе. — И что вы можете сказать о капитане Уилфорте?
Я выразительно нахмурила брови. В каком смысле?
— Как по-вашему, справляется он со своими нынешними обязанностями? Можете говорить откровенно, — гость улыбнулся и заговорщицки мне подмигнул, — я ему не передам. К примеру, готов поспорить, что поначалу было непросто.
— Непросто, — не стала спорить я. И невольно улыбнулась. — Сказать по правде, сперва мы думали, что не сработаемся. Он… проявил себя как очень строгий начальник и устраивал разносы по поводам, которые не казались нам справедливыми.
— Очень на него похоже, — усмехнулся Иртални. — Строг к другим, но и к себе. И в чем же, например, это выражалось?
Я задумалась. Как бы так сформулировать, чтобы ни в коем случае не выставить Алджи в нехорошем свете?
— Например, возмутился, когда мы пронесли коньяк в рабочий кабинет под видом чая в термосе.
Иртални раскатисто расхохотался. Настолько громко, что Алджи даже выглянул из спальни, отодвинув от уха эхофон. Но убедившись в том, что все в порядке, возвратился к себе и со спокойной совестью продолжил прерванный разговор.
— Коньяк под видом чая! Черт возьми, я должен это использовать! — воодушевленно заявил Иртални.
Я легонько пожала плечом, дескать, пожалуйста, метод не запатентован. Но я не собиралась останавливаться на уже сказанном.
— Однако очень скоро он проявил себя как отличный специалист в сыскном деле, — гораздо более серьезным тоном продолжила я. — Как начальник, идеально умеющий организовывать работу сотрудников. Ответственный и внимательный. И просчитывающий те нюансы, которые мы, несмотря на продолжительную службу в данном конкретном отделе, умудрялись порой упускать из виду. Я уже не говорю о том, что он существенно улучшил условия работы в участке. Например, добился закупки современного оборудования, открывающего перед следователями и группами захвата новые возможности.
Иртални кивнул.
— Про последнее мне известно, — сообщил он, вновь глядя на меня очень внимательно. Настолько, что становилось крайне некомфортно. Впрочем, он быстро перевел взгляд в сторону, сосредоточившись на окне. — Да, — неспешно проговорил гость, — все, что вы говорите, ничуть меня не удивляет. Лорд Уилфорт — отличный следователь и превосходный организатор, и именно поэтому очень обидно, что ему пришлось уехать из столицы после того, что
