зале. Больше всего это напоминало пламя, своеобразный костер вытянутой формы, горящий без дров и вообще без какого-либо видимого топлива. Он был разноцветным: в глазах рябило от всполохов зеленого, красного, оранжевого, синего и черного. Возможно, присутствовали и другие цвета, но мне пришлось отвести глаза из опасения нанести собственному зрению серьезный урон. Огонь, несомненно, был магическим, наподобие белого пламени, которое создавал Алджи. Вот только ни одного белого всполоха я как раз не увидела.
Помимо яркости магического огня, осмотру помещения препятствовал еще один фактор, значительно менее приятный. Я сидела на скамье, а руки были связаны за спиной и, судя по ощущениям, привязаны к еще какому-то предмету. Разобраться в природе последнего было несложно, поскольку, как выяснилось, Алджи находился в точно таком же плачевном положении. Сидел на той же самой скамье, на расстоянии примерно метра от меня. Руки тоже были связаны, а обматывавшая их веревка, в свою очередь, крепилась к вбитому в стену крюку. Извернувшись, я обнаружила у себя над головой такой же.
Ну и последний, не менее неприятный, штрих. В помещении мы были не одни. Кроме нас, здесь находились двое мужчин. С первым мы уже были знакомы: лорд Альберт Нуорси, хозяин замка, собственной персоной. Второго лично я видела впервые в жизни, однако была в его внешности одна деталь, наталкивавшая на крайне нехорошие предположения. Высокий, широкоплечий, но при этом нескладный и полноватый незнакомый мужчина был рыжим.
— Ну что, очнулись? — осведомился Нуорси, подходя чуть ближе, но благоразумно держась от нас на достаточном расстоянии.
Все же веревки веревками, но от стражей можно ожидать разных сюрпризов. Особенно от тех, кто постоянно имеет дело с магией. Хозяин замка хорошо это понимал, что было чрезвычайно неприятно. Не потому, что у меня был какой-то план. Просто умный враг — это всегда хуже, чем враг недалекий. А в том, что перед нами — враг, сомнений не возникало. Связанные руки как-то не способствовали разработке иных версий.
Алджи промолчал, хотя очнулся и, по всей видимости, раньше меня. Я последовала его примеру.
— Хорошо, — сам себе кивнул Нуорси. Оценивающе поглядел на меня, затем на Алджи и укоризненно вздохнул. — Ну вот зачем вам нужно было лезть в это дело, лорд Уилфорт? Да в придачу так с этим торопиться… Еще совсем чуть-чуть — и все разрешилось бы само собой. Я, конечно, понял, ради чего вы прибыли в Темный Оплот, впервые за много лет почтив меня визитом. И специально приготовил для вас наживку — милого одержимого Маскотта.
— Милого? Вот уж не сказала бы, — фыркнула я.
— Смотря с кем сравнивать, — отмахнулся Нуорси. — Но если он так вам не понравился, тогда тем более. Что вам стоило взять его в оборот, увезти в столицу — или в Тель-Рей, не имеет значения, — и там тихо и спокойно продолжить расследование? Пока бы его допрашивали, пока исследовали его «лабораторию», пока бы правда вышла наружу… К тому времени я бы справился с вашими преследованиями без всякого труда и — заметьте — без кровопролития. Все бы остались довольны. А теперь мне придется вас ликвидировать, хотя ни малейшей радости мне это не доставляет.
— Отчего же? — полюбопытствовал Алджи своим обычным бесстрастным тоном. — Неужели вы испытываете ко мне теплые чувства? Даже не представляю, чем мог заслужить такую честь.
— Мне известно, что вы остры на язык, — поморщился Нуорси. Ответом на заданный вопрос это никак не являлось. — Теплые чувства здесь ни при чем. Просто исчезновение лорда Уилфорта как раз тогда, когда он гостил в моем замке, чревато неприятностями. Я предпочел бы их избежать. Но с другой стороны… — Он покосился на пламя. — Подготовка почти закончена. Так что не думаю, чтобы неприятности оказались по-настоящему серьезными. Непредвиденные осложнения, не более того. Возможно, в каком-то смысле даже символично, что род Уилфортов прервется именно сейчас, в этом самом месте.
По спине пробежал холодок — то ли от смысла сказанного, то ли от того спокойствия, с которым были произнесены эти слова. По сути, в намерениях Нуорси особых сомнений не было и без этого признания. Но я не очень люблю помалкивать при виде подобной наглости, поэтому дерзко осведомилась:
— А с чего вы взяли, что у лорда Алджернона нет внебрачных детей?
Увы, своим вопросом мне удалось сбить с толку скорее Алджи, чем хозяина замка.
— Это не имеет значения, — безразлично повел плечом последний.
— А что имеет? — тут же ухватилась за предоставленную тему для разговора я.
Во-первых, это азы работы стража: если оказываешься в опасной ситуации и не имеешь возможности бежать, тяни время. Во-вторых, я не полностью отчаялась на предмет варианта с побегом. Все-таки веревка — это не железные оковы. Рано или поздно должна поддаться. Во всяком случае, я над этим работала. Правда, очень аккуратно, чтобы Нуорси и его рыжий сообщник ничего не заметили. Зато со своего места я хорошо видела, что тем же самым занят и Алджи, невзирая на то, что его лицо излучало полнейшее равнодушие к происходящему.
— Вот это, — Нуорси обернулся к танцующему на другом конце помещения пламени. — Это — единственное, что сейчас по-настоящему значимо. Наследие моих предшественников, темноволосых хозяев Замка Надежды.
Можно было бы списать его рассуждения на одержимость, как и в случае возомнившего себя алхимиком дворецкого. Но увы. Одержимым или сумасшедшим Нуорси отнюдь не выглядел. Наоборот, он производил впечатление человека, хорошо знающего, чего он хочет, мыслящего при этом совершенно реалистично и готового идти к своей цели по головам.
— Как тебе удалось разобраться в этом наследии? — Чувства Алджи, по-прежнему никак не проявлявшиеся на лице, нашли свое отражение в этом внезапном переходе на ты. — Ладно, найти тайную комнату в собственном замке, возможно, не слишком сложная задача. Но понять, что именно в ней
