Я замедлила шаг, затем остановилась. Нет, проигнорировать свое имя мало кто способен, и все же предшествовавшее ему слово трудно было воспринять как обращение ко мне. Надо же, второй раз за последнее время меня называют «леди». Не иначе, Солнце в Деве, или Луна в Стрельце, или еще что-нибудь странное на небесах происходит.
Обернувшись, я окончательно уверилась в странном расположении звезд, ибо увидела в конце коридора Дункана Веллореска. Аристократ радостно устремился мне навстречу.
— Сержант Рейс, — вежливо, но одновременно твердо поправила я.
Дункан нахмурился, видимо, пытаясь подобрать нечто среднее между этими двумя обращениями, но нужного варианта не нашел и потому спорить не стал.
Я тоже нахмурилась, стремясь разгадать причину появления аристократа в участке.
— Появились новости по делу вашего брата? — предположила я.
Дункан отрицательно покачал головой.
Несколько ребят из отдела убийств прошли между нами, ведя подозреваемого в наручниках, и это дало мне время обдумать другие варианты.
— Вы хотите узнать имя судьи, который будет заниматься делом Свера? — поинтересовалась я, почти уверенная, что на сей раз попала в точку.
— Нет, — грустно улыбнулся Дункан. — Его имя мне уже известно. И я также знаю, что снисходительность этому человеку не свойственна. Но я пришел сюда по другому делу.
Я вопросительно подняла брови, недоумевая, о каком деле он мог говорить.
— Честно говоря, я искал вас, — продолжил удивлять меня Дункан.
— Меня?
Я больше ничего не сказала, лишь снова вопросительно изогнула бровь.
— Вас. Видите ли, я хотел бы попросить вас о помощи в одном деле. Речь идет о моей хорошей знакомой. Она стала жертвой преступления… Скажем так, материально пострадала. И у нее есть веские причины полагать, что в этой истории замешана темная магия.
— Понимаю, — кивнула я, хотя понимала далеко не все.
Например, было странно, почему аристократ лично прибыл в участок, вместо того чтобы отправить с сообщением слугу и вызвать стражей прямо в дом этой самой знакомой. Но раз уж он предпочел приехать к нам, на такой случай существуют весьма четкие правила.
— Хорошо. Тогда вам надо первым делом подать официальное заявление, — стала объяснять я. — А уже потом дело передадут нам — раз, как вы говорите, оно имеет отношение к темной магии. И тогда мы, конечно же, им займемся. Я покажу вам, куда надо идти…
— Все не так просто, — мягко возразил Дункан. Жестом предложил мне отойти к окну (в коридоре было довольно-таки людно и на нас вечно кто- нибудь натыкался) и там продолжил: — Дело в том, что моя знакомая не проживает на территории второго округа. Откровенно говоря, она вообще живет не в Тель-Рее. Хотя преступление произошло в нашем городе.
— Где именно? — уточнила я.
— В отеле «Лунный серп».
— Это тоже не наш округ.
Дункан улыбнулся, давая понять, что отлично знал об этом с самого начала.
Ах вот оно что. Стало быть, обратиться к нам общепринятым путем его знакомая действительно не могла. Учитывая, что ни ее дом, ни место преступления не находятся на нашей территории. Но это понимание лишь породило новые вопросы.
— Почему же в таком случае она не обратилась в отделение стражи по месту проживания? — удивилась я. — Или в четвертый участок? Если не ошибаюсь, «Лунный серп» расположен на их территории.
— Видите ли… — Дункан сжал губы, подбирая слова, — …дело моей знакомой весьма щекотливое. Она ни за что не обратилась бы с этим к первому попавшему следователю. Ей вообще нелегко далось решение подать жалобу. Но мне удалось уговорить ее обратиться к вам.
— Почему именно ко мне? — не поняла я.
Аристократ загадочно улыбнулся. Потом пояснил:
— Во-первых, я вам доверяю. У меня была возможность убедиться в вашей профессиональной хватке и одновременно порядочности. А во-вторых, вы — женщина. В данном случае это играет принципиальную роль. Мне она согласилась рассказать о случившемся только потому, что мы очень давно знакомы. Но разговаривать со стражем-мужчиной она отказывается наотрез.
Что ж, теперь ситуация прояснялась. Тому, что пострадавшая предпочитает говорить с представительницей своего пола, я не удивлялась. Кто бы что ни думал на этот счет, самая интимная часть нашего тела — это мозг, а вовсе не те пикантные зоны, о которых принято думать в таком контексте. Внедрение в наши мысли, наши чувства, наши желания и необходимость в факте такого внедрения признаваться — что может быть более интимно?
— Хорошо, — решила я. — Обещать ничего не могу: все-таки округ не наш, но я попытаюсь помочь вашей знакомой. Давайте для начала я с ней побеседую.
