судимостью.
— Аэ… — Из моего горла вырвался какой-то неопределенный звук неизвестного смысла. Но это уже был прогресс: во всяком случае, немота отступала.
— Да ты не переживай, — добродушно отмахнулась Эльза. — Мы и другие костюмы ввели, например лейтенанта королевской гвардии. Тоже пользуется большим успехом.
— Аэ… — Определенно, я придумала новое слово, только со смыслом его пока не разобралась. — Д-давай ближе к делу.
Шокировавшие меня девушки, к счастью, исчезли из виду, а гвардеец… гвардейка… словом, лейтенант, к еще большему счастью, не появлялась. Я напрягла мозг, стараясь сосредоточиться на вопросе, ради которого, собственно, сюда и пришла.
— У вас ничего странного в последнее время не происходило? Никто не пытался применить к девочкам магию?
Я говорила, а взгляд невольно возвращался к двери, за которой недавно исчезли из виду две ряженые в синей форме.
— Ничего не было, — кристально честным тоном ответила Эльза, и я понятия не имела, говорит она правду или что-то скрывает.
Из подобной показной честности можно было заключить, что она слегка нечиста на руку, но это-то и так понятно.
— А если так… — Я прищурилась, формулируя вопрос: — Не появлялся ли мужчина, сравнительно молодой, лет тридцати, в которого твои девушки бы влюбились?
— Это смотря за какие деньги, — прагматично ответила Эльза.
Я качнула головой.
— То-то и оно. Влюбились настолько, что даже денег с него брать не стали.
— Таких девушек не только у нас, но и во всем городе нет! — хохотнула Эльза. — Хоть чем-нибудь, да возьмут. Не деньгами, так подарками. Не подарками, так цветами или обедами в тавернах.
При упоминании об обедах я отчего-то почувствовала, как краснею. Хотя с чего бы это? У нас был вполне деловой обед, и это не я предложила идти в ресторацию, тем более в такую… И вообще, мы дело Картера обсуждали!
Вспомнив о деталях последнего, я поморщилась.
— А что? — Эльза приняла мою реакцию за проявление несогласия. — Знаешь, сколько в наше время стоит хороший букет? Мои девицы берут не дороже.
Поняв, что ничего полезного здесь явно не узнаю, я распрощалась и покинула стены гостеприимного заведения, где так внимательно относятся к пожеланиям клиентов.
Следующим на очереди был банк, и я сильно надеялась, что там женщин в синей форме не обнаружу.
Без синей формы действительно обошлось; в просторном зале с невероятно высоким потолком встречалась лишь серая форма банковских служащих. В остальных отношениях мне повезло куда как меньше. Первый служащий, с которым я переговорила, проводил меня к заместителю директора банка. Мне пришлось прождать в приемной не меньше получаса, что крайне меня разозлило, так как я ненавижу тратить время впустую. Однако значительно хуже было то, что наши опасения оправдались. Заместитель директора категорически отказывался давать информацию о своих клиентках. Более того, вел себя чрезвычайно нагло. Практически смеялся мне в лицо. Видимо, нередкие успехи в противостоянии со стражами порядка заставили этих людей почувствовать собственную безнаказанность.
— Поймите, госпожа, — в нежелании служащего использовать обращение «сержант» мне тоже чудилось неуважение, — мы несем ответственность перед своими клиентами. Мы обязаны блюсти их интересы. — Все это говорилось таким тоном, будто я была школьницей, плохо выучившей урок, и теперь учителю приходилось в десятый раз повторять банальные вещи. — Запрошенная вами информация касается их частной жизни.
— Преступление, которое я расследую, тоже касается их частной жизни, — резко оборвала его я. — Причем коснулось оно их частной жизни и частных счетов чрезвычайно неприятным способом. По-вашему, я сюда из праздного любопытства пришла? Я, как и вы, соблюдаю их интересы.
— Позвольте в этом усомниться, — возразил заместитель управляющего. — Ваши интересы вполне могут оказаться противоположны интересам того или иного клиента.
— Если этот клиент — преступник, то безусловно, — осклабилась я.
— Не только, — возразил служащий. — Бывают случаи, когда ваши интересы идут вразрез с интересами свидетелей.
— Послушайте, — не на шутку разозлилась я, — вас интересует частная собственность клиентов, меня — их личная безопасность. В данном случае речь идет о преступнике, который вторгся и в то и в другое. И вы обязаны предоставить мне необходимую информацию.
— Сильно в этом сомневаюсь, — пренебрежительно ответил заместитель.
— Неужели? — чуть насмешливо спросил некто, стоявший у меня за спиной.
Я вздрогнула и резко обернулась. Заместитель сам оставил дверь открытой, подчеркивая таким образом, что наш разговор — не из важных и долго не продлится. И вот теперь в дверном проеме стоял Уилфорт, и его сузившиеся глаза, в данный момент абсолютно серые, не сулили кое-кому ничего
