— Не пытайтесь увильнуть от ответственности, рассказывая мне то, что я отлично знаю и так! — покачал головой капитан.
У меня вытянулось лицо.
— Простите?
Ничего более толкового я в этот момент сказать не могла.
— Я наслышан о характере леди Гарден и догадываюсь о том, как именно она вас приняла, — отмахнулся Уилфорт. — Но вы не жрица и не представитель полиции нравов. Вас интересует не характер хозяйки дома, а факты.
— Совершенно верно! — разнервничавшись, я тоже повысила на него голос. — Мне нужны факты, о фактах я и спросила! Все пострадавшие, проходившие по этому делу до сих пор, имели отношение к тюрьме — либо там сидели они сами, либо кто-то из их близких родственников. И единственное, что могло бы объединить Адана Гардена с остальными, — это тюрьма. Все прочее отличается слишком сильно. Поэтому я и спросила, сидел ли в тюрьме кто-либо из его родственников!
— То есть, в сущности, общаясь с высшей аристократкой, вы напрямую задали ей вопрос, не был ли один из представителей ее рода — или даже она сама — заключен под стражу? — уточнил Уилфорт, буравя меня взглядом. — И это учитывая, что вы — следователь со стажем, не первый день занимающийся допросом свидетелей, в том числе и дворянского сословия? — Он распрямил спину и хмуро продолжил: — Одним вопросом, который заведомо не мог не вызвать негативной реакции, вы пресекли все шансы на сотрудничество со следствием со стороны этого семейства.
Я молчала, тоже хмурясь. И почему, скажите пожалуйста, я должна расшаркиваться перед этими высшими и воздерживаться от вопросов, которые имею полное право задать всем остальным? Вообще-то перед законом у нас все равны, хотя любому понятно, что это только в теории.
— Ваше стремление выяснить, не сидел ли в тюрьме Адан Гарден или его родственники, совершенно оправданно и даже похвально, — уже мягче произнес Уилфорт, садясь за свой рабочий стол. Что, кстати, само по себе являлось хорошим признаком. — Но вас не следовало спрашивать об этом леди Гарден. Вам следовало сказать спасибо и уйти, а возвратившись в участок, отправиться в архив и запросить соответствующую информацию. Уж что-что, а выяснить, кто и при каких обстоятельствах сидел в тюрьме, в нашем ведомстве более чем реально.
Я кивнула. Он был прав, вот только я по-прежнему считала неоправданным выбирать длинный путь, когда есть возможность просто задать короткий вопрос. Вот если бы у меня возникли причины не доверять ответившему, тогда да, я сделала бы именно то, о чем говорил Уилфорт.
— Хорошо, я схожу в архив, — согласилась я.
— Не нужно. Я уже это сделал. — Уилфорт просмотрел надпись на каком-то конверте и поднял на меня глаза. — Ни сам Адан Гарден, ни кто-либо из его родственников, как близких, так и дальних, в тюрьме не сидел. Во всяком случае, на протяжении последних пятидесяти лет, а вряд ли более ранний период может оказаться в нашем случае актуальным. Это была хорошая гипотеза, сержант, но она не подтвердилась. Вам предстоит искать дальше. Идите.
И он взялся за нож для бумаг.
Однако я медлила.
— Я могу взглянуть на жалобу?
В том, что эта мерзкая леди прислала жалобу в письменном виде, я не сомневалась ни на миг. К письменным жалобам относятся куда более серьезно, чем к устным. Им обязаны дать ход. А она, несомненно, хотела сделать мне пакость.
— Не можете, — к моему удивлению отказал Уилфорт.
— Но почему? — вскинула брови я.
По уставу любой страж имел полное право просмотреть поданную на него жалобу. Чтобы впоследствии иметь возможность ответить на предъявленные претензии.
Уилфорт небрежно кивнул в сторону мусорной корзины. Опустив глаза, я увидела внутри лист бумаги, исписанный аккуратным круглым почерком и не менее аккуратно разорванный на четыре части.
В архив я тем не менее отправилась. Перепроверять информацию Уилфорта не собиралась, но решила выяснить как можно больше об Адане Гардене. Работница отдела, темноволосая, как и все архивариусы, была на месте.
— Делия, собери мне, пожалуйста, информацию о лорде Адане Гардене, — попросила я, опуская руки на стойку.
— Какую именно? — уточнила она.
Я призадумалась.
— Главным образом контакты. Базовая информация о родственниках и друзьях. Круг общения. Имена людей, с которыми поддерживает связь.
Я стянула пару чистых листов с красовавшейся на стойке стопки, взяла перо и приготовилась записывать.
Делия не стала никуда уходить, чтобы собрать нужную мне информацию. Да, у нее за спиной возвышались многочисленные полки с отчетами, докладами и данными, но необходимость обращаться к ним возникала крайне редко. Ибо Делия являлась высококвалифицированным архивариусом и обладала идеально подходящим для этой работы даром темной магии. Маги с ее способностями умели воздействовать на собственный мозг, точнее сказать, на его отдел, ответственный за память. Благодаря этому дару они были способны запоминать многочисленные страницы текста, лишь один раз мельком на
