от столицы. И мать, и отец немедленно приедут, если узнают, в какую беду я угодила. Но тот факт, что на самом деле я Альберта Вейсон, а не Джессика Миртон, вряд ли мне поможет. Как ни крути, но меня нашли подле тела мертвого Уолтера при обстоятельствах, ясно говорящих о проведении ритуала некромантии. Томас уже в тюрьме и не в силах помочь мне. Выходит, надо брать свое спасение в собственные руки, иначе придется отвечать за преступления другого человека.
– И каков ваш план? – спросила я, уже понимая, что буду вынуждена согласиться с любой безумной задумкой лорда Питера.
Мимо окна кареты проплывали однообразные картины сельского пригорода Бриастля. Небо опять с самого утра хмурилось тучами, то и дело начинал накрапывать дождь, однако в полноценный ливень он так и не перешел.
Я зябко куталась в манто, некогда принадлежавшее Джессике и накинутое прямо поверх больничной рубахи, более всего напоминающей ночную сорочку. На ногах – обычные тапочки, в которых невозможно было пройти по нынешней слякоти и шага.
Но именно в таком виде я якобы совершила побег из лечебницы лорда Питера. Хвала богам, он хотя бы не заставил меня претворять его план в реальность и бежать на самом деле. Вместо этого лорд Питер должен был доставить меня в свой городской дом, где я переоденусь и отправлюсь в жилище Томаса. И останется только ждать.
Лорд Питер уверял меня, что дом лорда Бейрила будет именно тем местом, откуда Генри Дигенс начнет искать меня. Когда младший следователь узнает, что я сбежала из лечебницы, то наверняка придет в раж. Если он убил Джессику, то я оставалась единственной, кто знал, кем он является на самом деле. О Томасе и Велдоне ему можно было уже не беспокоиться, поскольку им вряд ли удастся избежать обвинений в убийстве. В первую очередь благодаря его стараниям.
Правда, я не совсем понимала, как именно попаду в жилище Томаса Бейрила. И для меня оставалось загадкой, почему лорд Питер так уверен, что Генри ринется меня искать именно там. Если бы я совершила настоящий побег, то дом Томаса был бы последним местом, где я попыталась бы укрыться. Просто по той причине, что именно там меня стали бы искать в первую очередь. Ну и потом, я не была уверена, что слуги вообще пустят меня на порог. С какой, собственно, стати? Они ведь в курсе, что я не являюсь невестой лорда Бейрила.
Карету сильно затрясло на размытой постоянными дождями дороге.
Я удивленно выглянула в окно. Странно, мы едем достаточно давно. По моим представлениям, уже должны были начаться городские улицы. Но ямы становятся все глубже и глубже.
Я украдкой покосилась на невозмутимого лорда Питера. Он сидел напротив меня, полностью погруженный в собственные мысли. Судя по тому, как он хмурил лоб, его раздумья нельзя было назвать приятными.
– Скоро, – почувствовав мой взгляд, обронил он, почти не разжимая губ. – Мы скоро приедем, Альберта. Потерпи немного.
Я едва заметно пожала плечами. Скоро так скоро. Я не помнила дорогу до лечебницы, поскольку была без сознания. Возможно, дорога от столицы до пансионата действительно настолько дурная. Лето в этом году выдалось на редкость дождливым.
Лорд Питер повернулся к окну и, по-моему, полностью забыл о моем существовании. По всему было видно, что он не настроен вести разговоры, поэтому я тяжело вздохнула и начала размышлять. Похоже, это стало моим излюбленным занятием за последние дни.
Итак, по задумке доктора, известие о моем побеге заставит Генри действовать. Он отправится в дом Томаса, где его будет ждать сам лорд Питер…
И опять я беспокойно заерзала на сиденье. Ох, не нравился мне этот план, очень не нравился! Не будем забывать, что Генри – полицейский дознаватель, несколько лет прослуживший в уличном патруле. То есть он наверняка не раз и не два сталкивался с такими ситуациями, когда на кону оказывалась его жизнь, и умеет реагировать на неприятные неожиданности. Очень сомневаюсь, что нам удастся застать его врасплох. А если и удастся – то он наверняка будет сражаться как бешеный зверь, прекрасно понимая, какая участь ему грозит в случае поимки.
Я еще раз украдкой окинула лорда внимательным взглядом. Интересно, умеет ли он драться? Что-то очень сомневаюсь в этом. Руки нежные, холеные, телосложение пусть и худощавое, но не жилистое и не мускулистое. В драке между ним и Генри я поставлю на последнего!
Теперь карета подпрыгивала так сильно, что я то и дело рисковала приложиться затылком о потолок. Дорога в последний раз обогнула невысокий пологий холм и вдруг нырнула во влажный сумрак темного хвойного леса.
Сразу же ощутимо потемнело, будто наступил уже вечер. Я знала, что это не так. На самом деле день едва перевалил за середину. Но мне все равно стало не по себе. Вспомнилась вчерашняя ночь, наполненная треволнениями, мой страх, что Генри сумеет каким-либо образом пробраться в лечебницу…
Кстати, стоит заметить, что этот Генри вел себя по отношению ко мне удивительно вежливо. Пока, по крайней мере. Если бы я была злодеем, облеченным властью, то ни за что не стала бы ожидать, когда мой противник придет в себя и оправится после неудачного ритуала. Скорее, постаралась бы расправиться с ним как можно быстрее, пока он еще слаб, оглушен и не ориентируется в происходящем. И возможностей для этого у Генри было достаточно. Почему он не приехал в лечебницу лично? Почему довольствовался лишь объяснениями лорда Питера, которые тот давал по магическому эху? Он мог бы отправить меня в тюрьму, едва я очнулась.
В этот момент вдруг отчетливо потянуло дешевыми сигаретами. Я мгновенно насторожилась. Этот запах был так знаком! Сразу же вспомнился тот несчастливый вечер, когда я лишилась своего багажа и спасла Томаса. Помнится, громила, собиравшийся убить его, тоже предпочитал курить
