от тревоги, когда я поняла, что ты сбежала!
– Я поднял на уши весь город, – пробасил отец, чьи глаза тоже опасно увлажнились. – Уже набирал добровольцев, чтобы прочесать округу – мало ли что могло случиться. Хвала богам, что на следующий день прибыл посланник от лорда Бейрила, который заверил, что с тобой все в порядке.
– Ты никогда не говорила, что хочешь учиться рисованию, – с некоторой претензией проговорила мать.
– А? – глупо переспросила я, решив, будто ослышалась.
– Ну что вы, Альберта, неужели забыли, что приехали в столицу, чтобы поступить в Академию художественных искусств? – поспешно вступил в разговор Томас. – Ваши наброски произвели такое впечатление на преподавателей, что вам даже дали место в общежитии.
Я растерянно захлопала ресницами, не понимая, о чем вообще речь. Но почти сразу с благодарностью улыбнулась Томасу, когда до меня дошел смысл его слов. Как мило с его стороны позаботиться о моей репутации! Если бы мои родители узнали, что все это время я провела, живя под одной крышей с молодым неженатым мужчиной, то им бы это очень сильно не понравилось.
Правда, вряд ли это поможет восстановить мою репутацию в Итроне, где все наверняка уже знают про мою связь с Джедом.
– Ты никогда не показывала своих рисунков, – продолжила удивляться мать. – И я никогда не видела тебя за этим занятием.
– Альберта просто очень стеснительная девушка, – опять ответил за меня Томас. – Она рассказывала мне, что уходила из дома, чтобы заняться рисованием на берегу озера.
Я смущенно кашлянула. Зачем он вообще завел речь об этом проклятом озере, на берегу которого я потеряла свою девственность? Сейчас родители заговорят о Джеде.
– Наши знакомые с ума сойдут от зависти, – с нескрываемой гордостью проговорила мать. – Моя дочь – художница! Учится в столице! Дорогая, ты подаришь мне несколько своих работ?
– Безусловно, она подарит, – не дал мне и рта открыть Томас.
Он отошел к столику с напитками и сейчас придирчиво выбирал среди стройной шеренги бутылок.
– Милая моя, ты даже не подозреваешь, сколько всего случилось в нашем тихом городке! – продолжила мать. – Помнишь Джеда и Летисию Парксей?
Я обреченно вздрогнула. Ну все, начинается! Сейчас я услышу много «лестного» о своем нравственном облике и воспитании.
– Так вот, они почему-то уехали из города, – продолжила мать. – Ни с кем даже не попрощались. Лишь старик Бейсон, их сосед, успел им вслед помахать. Потом болтал, что Джед перед отъездом себе руку умудрился сломать. С лестницы, что ли, упал.
– А его дружков помнишь? – вступил в разговор отец. – Ну, Грегора Вилкса точно, поди, не забыла. Он давно по тебе сох. Понятия не имею, что с ним случилось. Когда я с ним случайно на улице встретился, то он от меня бежал так, что только пятки сверкали. А видок у него какой был! Словно в пьяной драке принял участие. И я бы даже поверил этому, если бы не знал, что его мамаша строго-настрого запрещает ему что-нибудь крепче скисшего молока пить.
– Говорят, эта компания во главе с Джедом злоупотребили алкоголем и над каким-то заезжим магом вздумали зло подшутить, – подхватила мать. – А тот не будь дураком такое им устроил! Джед как зачинщик вообще подальше из Итрона решил уехать с семьей. Да и остальным недурственно досталось.
– Понятно, – протянула я и посмотрела на Томаса.
Тот неспешно потягивал какой-то напиток из бокала и с улыбкой наблюдал за моим разговором с родителями. Заметив, что я смотрю на него, он с заговорщицким видом подмигнул мне, что не оставляло никаких сомнений: именно лорд Бейрил приложил руку к отъезду Джеда и странному поведению его друзей, с которыми мой подлый бывший возлюбленный обсуждал случившееся грехопадение.
Я опустила глаза, почувствовав, как мое сердце наполняется благодарностью к нему. Надо же, не думала, что ему есть дело до моих проблем. А оказывается, Томас не только послал весточку, чтобы успокоить моих родителей, но и сделал все возможное, лишь бы моя репутация в родном городке осталась незапятнанной.
– Дочка, мы знаем, что вечером тебе надо будет вернуться в город, чтобы не нарушать правил проживания при Академии, – проговорила матушка и взяла меня за руку. – Но, быть может, ты найдешь хотя бы часик, чтобы посидеть со мной и твоим отцом? Мы так скучали по тебе!
Я сама чуть не расплакалась после этого. Посмотрела на Томаса, и тот великодушно кивнул.
– Да, конечно, – сказала я.
И это были самые чудесные часы, которые заставили забыть меня об ужасах последних недель.
Уже позже вечером, когда мои родители отбыли обратно в Итрон, воспользовавшись любезностью Томаса, который великодушно предложил принадлежащую ему карету, я все-таки осмелилась начать разговор о деньгах.
Это случилось за ужином. Томас, как и обычно, впрочем, почти не притронулся к предложенным блюдам, зато усердно налегал на вино.
А вот я с огромным удовольствием расправилась с мясом, тушенным с овощами, после чего негромко кашлянула, пытаясь привлечь к себе внимание.
– Я тебя внимательно слушаю, – уведомил меня Томас, открывая новую бутылку вина.
