высокопоставленных офицеров и должностных лиц, у меня имелись. Напустив на лицо каменную мину исполнительного болвана и положив руку на рукоять пистолета, скользнул за правое плечо Ксении, сохраняя положенную в таких случаях дистанцию «личного пространства», попутно осматривая собравшихся в помещении людей.
Мне это действие ничего не дало. Плашечки справочных окон с тянущимися от их рамок к фигурам НПС усиками были девственно чисты. Мой слегка отличный от нуля навык «Наблюдательность» просто не справлялся с выставленным уровнем сложности, а потому не мог определить даже имена с интересом рассматривавших нас комбатантов. Судя по всему, виной тому были очередные выверты нашего модифицированного и элитного стартового сценария.
А вот Ксюша, благодаря своим очень высоким характеристикам в личностном и интеллектуальном блоке, похоже, свободно считывала базовую информацию, которую должен был выдавать навык на этом уровне развития. Во всяком случае, только так я мог объяснить уверенность, с которой девушка выбрала цель для атаки.
— Вы ошиблись, мисс, — нервно произнёс высокий, бритый наголо поселенец, чей правый глаз закрывала плотная, слегка окровавленная повязка, а левый слегка косил, глядя не на Ксению, а, скорее, на толстый телескопический шест, поддерживавший купол палатки в нескольких метрах от нас. — Это меня зовут Джон Крипли…
Однако, случись мне вести этот разговор, я как раз обратился бы именно к этому НПС. Всё в комнате — расположение людей, предметов и даже освещение говорило о том, что именно он здесь главный.
— Вас зовут Боб Мелкинс, вы снабженец, а в мирное время — инженер-механик и по совместительству торговец оружием, — даже не удостоив его взгляда, отсекла Ксюша, рассматривая мужика в «цифре», словно кошка забившуюся в угол и обречённую мышь. — Мне казалось, что у вас здесь война, люди гибнут, а вы находите время для дешёвых розыгрышей… Признаться, я разочарована…
В палатке повисла неловкая тишина. Одноглазый покраснел, надулся под насмешливыми взглядами окружавших его НПС, но возражать не стал.
— Ну что ж, — выбранный Цесаревной собеседник невесело улыбнулся. — Думаю, что мы должны извиниться перед суровой леди, шутка действительно была неуместной. Да, старшина ополчения Джон Крипли — это я. Ну а вы, джентльмены? Довольны? Никто больше не ставит под сомнение слова Уволла?
Ему ответил нестройный хор мужских голосов, и только одноглазый снабженец промолчал, буравя маленькую фигурку Ксении теперь уже откровенно недружелюбным взглядом.
— Считайте, что извинения приняты. Теперь мы можем поговорить с вами о делах, тем более что, как я понимаю, вы ждали нашего прихода?
В этой суровой и властной Царевне сейчас было необычайно трудно узнать знакомую мне дружелюбную красавицу. Ксения прямо-таки излучала силу и превосходство. При этом выверенной позой и жестами часть внимания всех присутствующих она просто перекидывала на меня. Мол: «Вот, смотрите — я, может, и слабая девушка, но за моей спиной стоит дядя, с которым шутки плохи».
— Да, конечно… пожалуй, — промямлил старшина под Ксениным напором, — джентльмены, если вы не против…
На всякий случай я сделал в памяти заметку — поговорить с девушкой на тему общения с НПС. Нет, меня очень впечатлило то, как, сказав всего пару фраз, девушка не просто завоевала всеобщее внимание, но и подмяла под себя суровых вояк, разговор с которыми явно должен был быть не из лёгких. Не знаю уж, в цифрах ли дело или это талант самой Ксении, а может быть, она задействовала какую-нибудь телепатическую способность массового поражения или ауру… Но в любом случае — вне этого сценария ей нужно быть аккуратнее.
— Я против! — громыхнул кулаком по столу одноглазый, сбив неловким движением стопку пожелтевших от времени книг, разложенных по краям карты, и, оттолкнув оказавшегося на дороге мужчину, сжимая кулаки, направился к Ксении. — Ты… Ты, мелкая…
— Боб! Ты чего? Мы же все были согласны… — воскликнул один из ополченцев, хватая его за рукав, за что сразу же заработал увесистым кулаком в челюсть и завалился на стол, сминая исчерченную фломастером древнюю карту.
— Картридж мой! — бешено вращая единственным глазом, орал снабженец.
— Он никогда не был твоим, — злобно глядя на мужчину, отрезал старшина. — Его нашёл Уволл и… Да остановите наконец этого му…
На этот раз на одноглазого набросились сразу двое и тут же разлетелись в стороны, словно тряпичные куклы. Снабженец, рыча, рвался к Ксении, а она гордо и надменно смотрела на приближающегося верзилу.
— Стоять… — встав на пути одноглазого и закрыв своей спиной Хому, я слегка поднял левую руку — так, что пальцы коснулись его добротной кожаной брони, усиленной металлическими вставками и рубчатыми кусками протекторов от древних автомобилей. — Два шага назад.
— С дороги, щенок! — прорычал тот, с ходу хватая меня за отворот куртки и замахиваясь для удара, но тут же, зашипев от бессилия, отступил, почувствовав упёршуюся в промежуток между пластинами на животе рельсовую направляющую пистолета.
— Два шага назад, — чётко выговаривая слова, повторил я, для убедительности слегка надавив на спусковую скобу, отчего дисковый накопитель ручного рельсотрона зажужжал на холостом ходу.
— Как это понимать, — брызгая слюной, взвился одноглазый, покраснев ещё больше, но тем не менее выполняя приказ, — почему их не разоружили! Я же приказал…
