Здесь Репнин вышел, не забыв прихватить свою трость. Не любил он с ней таскаться, но порой так и тянуло укрепиться на третьей точке опоры, дать роздых ноге – рана хоть и зажила, ныла порой. Да и бочину стоило поберечь.
На входе Геша сдал свой «вальтер» – сувенир, так сказать, на память о рейде, – и потихоньку побрел дальше.
Летчики его заверили, что прибудут «тика в тику». Так оно и вышло – до встречи «на высшем уровне» оставалось чуть меньше получаса.
Поднявшись на второй этаж, Репнин не спеша добрался до заветной двери и вошел. Поскребышев уже вставал навстречу, ласково ему кивая.
– Товарищ Лавриненко, проходите.
– Вроде рано еще…
– Да, но все собрались уже. Иосиф Виссарионович подойдет минут через десять.
Минуя комнату охраны, Геша прошел в сталинский кабинет.
Народу тут было не то чтобы много, но человек десять присутствовало точно. Репнин узнал Панфилова с его «гитлеровскими» усиками, Горбатова, Катукова, Рыбалко, Красовского – командующего 2-й воздушной армией, Берию, наркома танкостроения Малышева.
– О-о! – воскликнул Панфилов, завидя Геннадия. – Кто к нам пришел! Рад, рад вас видеть, Дмитрий Федорович!
Панфилов, которого Репнин спас под Москвой, по-настоящему радовался, да и Катуков тоже.
– Ну наконец-то! – бушевал командарм. – А мы следили за вашими подвигами. То летуны передадут весточку, то из штрафбата что сообщат, то из 3-го танкового.
– Как там мои? – спросил Геша, улыбаясь.
– Да что им сделается? Воюют! Воевали, вернее, а сейчас отъедаются да отсыпаются. Впрок!
Тут некоторые притихли, и вскоре Репнин расслышал знакомый голос:
– Здравствуйте, товарищи.
Сталин неторопливо прошелся и остановился перед Геннадием.
– Здравствуйте, товарищ Лавриненко. Как самочувствие?
– Спасибо, товарищ Сталин, хреновато. Но могло быть и хуже.
Все вежливо рассмеялись.
– Ви не очень обижаетесь на наши бдительные органы?
– Товарищ Сталин, – улыбнулся Репнин, – в той ситуации, которая сложилась, я поступил единственно верным способом – отвел танки. Вывел их из окружения. С другой стороны, это было прямым нарушением вашего приказа. Приказ был верным – трусов и дезертиров хватало, вон, немцы целые легионы собирают из предателей. Ну нарушил, за что и получил. На что ж тут обижаться? На судьбу? Так я неверующий.
Вождь покивал, улыбаясь.
– А мы вас не зря вызвали, товарищ Лавриненко. И дело даже не в том, что вы скоро справите достойный юбилей – двести пятьдесят подбитых танков противника! – а в ином. Ваша бригада, товарищ Лавриненко, всегда находилась на направлении главного удара, и кому, как не вам, знать все достоинства и недостатки бронетехники. Победа – это сумма слагаемых. Во-первых, хорошая матчасть. Во-вторых, умелое владение техникой. В-третьих, правильные тактика и стратегия. Послушаем сначала вас, товарищ Лавриненко. Как вам наши танки?
– Танки у нас очень хорошие, товарищ Сталин, хотя придраться можно. Недостатки случаются, но вот товарищ Малышев в курсе – конструкторы просто физически не поспевают как следует отработать машину. Война же! Все приходится делать на ходу, крайним напряжением усилий, поэтому особых претензий нет. Были, да, но сейчас они устранены. Вырос моторесурс. Даже тяжелые «ИС-2» спокойно проходят по тысяче километров, хотя немецкие «Пантеры» столько не выдержат. Спасибо товарищу Шашмурину – обработка деталей СВЧ-токами по его методу дала прекрасные результаты, сталь упрочилась, как надо. Ко всему прочему, спроектированная им скоростная коробка передач под габариты МТО танка «КВ» сделала наши тяжелые танки на диво резвыми. И у меня в отношении бронетехники не претензии даже, а пожелания.
– Слушаем вас, товарищ Лавриненко, – кивнул Иосиф Виссарионович.
– Дизель, стоящий на «Т-43», достаточно мощный для этой машины. Хотелось бы, конечно, прибавить «лошадок», но это уже хотелки. А вот для «ИСов» и «КВ» силы мотора недостаточно. Хорошо еще, что с коробкой передач справились, но мощности надо бы добавить, чтобы наши тяжелые танки порезвее были. В рейд я вышел на немецких «Тиграх» – их семисотсильные движки перегреваются, поскольку работают постоянно на высоких оборотах. Не тянут. А наши должны тянуть!
– Что скажете, товарищ Малышев? – обернулся Сталин к наркому.
– Осенью этого года, товарищ Сталин, мы закончили испытания нового танкового дизеля мощностью тысяча лошадиных сил. Коллектив под руководством товарищей Чупахина и Трашутина подготовил все для запуска двигателя в серию. Уже в конце января будущего года мы начнем устанавливать «тысячник» на танки «ИС-2». Ближе к лету планируем выпустить опытную партию новых танков «ИС-3» [15] . На них также будет стоять новый дизель. «ИС-3» покроют броней, более толстой и крепкой, чем на «Тигре», но вот весить наш тяжелый танк прорыва будет тонн на десять меньше немецкого аналога. Вооружен «ИС-3» будет 130-миллиметровым орудием.
