наполнен вином. — Оно могло бы состояться раньше, но сейчас мы не станем об этом говорить. Всему свое время.
Али вздрогнула, услышав тост, и пригубила вино. Сладкое. На языке остался привкус спелой вишни, напоенной жарким солнцем.
— Благодарю за теплый прием.
Роль хозяйки взяла на себя Джайна. Она разливала пахнущий ароматными травами сливочный суп из серебряной супницы, раскладывала по фарфоровым тарелкам внушительные куски холодного мясного пирога, к которому подали румяный печеный картофель и овощной салат с золотистым оливковым маслом. Вино еще сильнее разожгло аппетит, вкусные запахи дразнили обоняние, и Али вспомнила, что после чая в поезде у нее во рту и маковой росинки не побывало.
— Приятного аппетита! — сказал Аэдан и улыбнулся так, словно знал ее уже давно.
Алита едва удержалась от восторженного причмокивания, пробуя блюда — пожалуй, довольно простые для стола аристократов, но приготовленные с большим мастерством.
За ужином она предпочла молчать и прислушиваться к разговорам других, но от ответов на вопросы отвертеться все же не удалось. Аэдана интересовало, увлекательно ли работать в Службе Правопорядка. Джайна расспрашивала о столичной моде. Киллиан пожелал уточнить подробности того, как Али оказалась в лечебнице. Таким образом, к тому времени, как посуда опустела, обитатели особняка успели немало узнать о гостье.
Аэдан вызвался проводить ее.
— Но я запомнила, где находится моя комната, — попыталась возразить Алита.
— Мне не в тягость, — не уступал он. — К тому же коридоры пока еще не слишком хорошо освещены. Газовые лампы установили только в комнатах, а свечи нередко гаснут от сквозняка.
— Даже когда окна закрыты?
— Даже в этом случае.
— Но как же…
— Лучше не спрашивайте, — мягко ответил Аэдан, и на память вдруг пришли намеки Джайны о привидениях. Пару раз в Службу Правопорядка обращались с жалобой на подобное, однако альд Кирхилд отличался скептицизмом в некоторых вещах. Призраков и вампиров он считал выдумками из готической литературы.
ГЛАВА 9
До комнаты Али они добрались довольно быстро и никого по дороге не встретили. У самой двери Аэдан повторил вопрос Джайны, не страшно ли гостье ночевать в отдельном крыле. Он даже предложил прислать кого-нибудь из горничных, чтобы та составила компанию, но Алита отказалась.
— Ничего страшного. Я привыкла к одиночеству и тишине. К тому же меня ведь не оставляют одну в целом доме, так что…
— Есть какие-то пожелания? — поинтересовался Аэдан, и она решила воспользоваться случаем.
— Я бы хотела осмотреть особняк. Разумеется, не сейчас. Например, завтра вечером.
— С удовольствием покажу!
— А ваш кузен не станет возражать?
— Киллиан? — удивился собеседник. — С чего бы ему? Ведь он сам настоял на том, чтобы вы здесь поселились.
— Тогда спасибо. Буду ждать с нетерпением. И можете обращаться ко мне на ты.
Пожелав друг другу доброй ночи, они расстались. Али зажгла лампу, накинула цепочку, запирая дверь изнутри, и подошла к окну, чтобы задернуть тяжелые занавески. Несмотря на то что в Бранстейне было гораздо теплее, чем в столице, большой особняк еще не успел достаточно прогреться, а камина в комнате не имелось, поэтому девушка почти сразу ощутила неуютный холод. Вспомнив о горячей воде в ванной, она решила воспользоваться благами цивилизации. Струи бодро застучали по дну ванны, наполняя помещение горячим паром.
Алита пробежалась взглядом по ряду флаконов, покрутила в руках один из них, понюхала. Светло-лиловое содержимое успокаивающе пахло вербеной. Судя по всему, оно предназначалось для того, чтобы заменять мыло.
Спустя некоторое время Али вышла из ванной комнаты в сорочке и халате, разобрала кровать, закуталась в одеяло. Постельное белье оказалось чистым и хрустящим, а после горячей ванны необходимость в грелке отпала сама собой. Понадеявшись, что не проспит работу, Алита провалилась в сон.
Она проснулась через несколько часов — резко, точно вынырнув из-под толщи воды на воздух. Запоздало вспомнила, что не погасила лампу. За окном еще не начало рассветать, а море… Море шумело так, что никакие оконные стекла не помогали заглушить его. Громко, неистово, словно взывая к тем, кто не спал в эту ночь.
