– Зачем?
– Знакомиться. Соседи же. Кира такая миленькая! Только…
Анна Петровна замолчала, через минуту спросила Никиту:
– Подскажи, как отвечать? Она на сорок лет выглядит. Меня спросила о возрасте. Я разговор в сторону увела.
Вопрос в самом деле серьёзный. По документам ей изрядно, а внешне – тридцать пять. Соседям можно сказать всё, что угодно, поверят. А при посещении государевых приказов? Никита пообещал подумать. После обеда по землям имения проехался. Глаза порадовались, глядя на всходы. В деревне избы новые стоят, куда переселенцы уже въехали. Амбары – вместительные, готовы уже, вкусно деревом пахнут. Деревенские удивлялись амбарам, чего туда класть? Урожаи при прежнем хозяине неважные были, едва с налогами рассчитывались. А утром Никита засел во флигеле, где оборудовал нечто вроде лаборатории. Длинный стол, две табуретки. Ключ имел при себе, прислугу – убрать, подмести – не пускал. Разобьют нечаянно склянку, попробуй ещё найди компоненты. А другое – мысли дурные появятся, что управляющий творит?
Никита, по совету волхва, розовое масло в эликсир добавил в нужной пропорции. А подумав немного, изготовил небольшую порцию эликсира, но только добавил хлебного вина. Была бы такая склянка при себе, не пришлось бы сыскаря душить. Плеснул бы – и даже следов не осталось. Любой опыт, даже печальный, делает осторожнее и мудрее. В переулке труп сыскаря найдут, учинят следствие. Свидетелей не было, что его разыщут, так сомнительно.
Вечером дал Анне Петровне эликсир нового состава. Всего-то каплю, а учуяла, почувствовала изменение вкуса и запаха.
– Никита, ты другое зелье даёшь? – спросила она.
– Немного улучшил, сама в зеркале заметишь.
Сказать, что для красоты, значит обидеть. Скажет, ужели уродина? В принципе Никита решил: ещё месяц-два – и пора прекращать давать хозяйке эликсир. Уже перебор, выглядит в два раза моложе, чем есть. Кроме главной причины сменить имение – избежать разорения от войск Лжедмитрия и поляков, была ещё одна – Анна Петровна. Относительно быстро помолодела. Все, кто её знал, были удивлены. Крестьяне-то ладно, шепчутся между собой, кто их слушать будет? Но её знали в Дворянском собрании, а это уже серьёзно. И так уже вопросы были. Правда, на пользу Никите и Анне Петровне пошли, женщины захотели последовать её примеру и немалую прибыль принесли.
Неделю Никита просидел во флигеле, выходил только на обед. С утра и до вечера, пока не понял – бессмысленно и бесполезно. Как химику, не хватает аппаратуры. А и будь она, что определит? Состав? Ингредиенты он и так знает, сам смешивал. Как действует? Непонятно, он не врач. К тому же надо знать древние тексты алхимиков, которых у него тоже нет. Вот и выходит – тупик, полный и окончательный. Полагал, его знаний химика хватит, но ошибся. Много привходящих факторов. Антип в подвале Разбойного приказа обмолвился – эликсир особую силу имеет, если приготовлен в полнолуние. Да запамятовал Никита, во флигеле только и вспомнил. Древние алхимики не фантазии свои описывали, а то, что реально создано было. Остро захотелось вернуться в своё время, в институт, где оборудование есть. Пожалуй, впервые так ощутил желание перенестись назад. Но и это невыполнимо. Помимо своей воли сюда, в конец XVI века, попал и как вернуться не знает. Да и получится ли? От расстройства едва склянки не расколотил, да вовремя одумался. Пригодятся ещё. Худо-бедно, а про эликсир узнал. Лиха беда начало. Читать надо, а для этого переводной текст нужен. И он знает, где его раздобыть. Стало быть, не всё потеряно. Воодушевлённый, пошёл ужинать.
За столом Анна Петровна необычно вертлява. То так голову повернёт, то эдак. Свет неважный, две свечи в подсвечнике в центре стола. Никита спросил.
– Что-то не так?
– А ты не замечаешь?
– Приглядись.
– Давай утром. Не обижайся, барыня, свет скверный.
Анна Петровна немного обиделась, губки надула. Впрочем, не злопамятна она была.
– Днём Кира Евлампиевна заезжала.
– Не видел.
– Как же ты увидишь, если днями во флигеле сидишь? Кстати, что ты там делаешь?
– Новое зелье, если тебе интересно. Но о том…
– Знаю, знаю, секрет! – кивнула барыня.
Хотел Никита сказать, что она тайны хранить не умеет, да промолчал.
– Зачем приезжала? – для вежливости поинтересовался Никита.
– Спрашивала, как удаётся так хорошо выглядеть, ведь мы ровесники.
Никита едва пряженцем не подавился. Какие ровесники? Или барыня возраст свой забыла? Анна Петровна продолжила, как ни в чём не бывало.
– Я про зелье сказала. О тебе умолчала, сказала, покупаешь в Пскове или Твери.
– Это правильно.
