же естественный ответ.
Она должна узнать точно, есть у неё магия или нет. Потому что если есть — придётся бежать ещё дальше, чтобы такие хорошие люди, как госпожа старший боцман или коммодор мистер Реджинальд Картрайт, старший офицер «Геркулеса», не пострадали бы, случись… случись с ней что- нибудь.
Если же магии нет — что требуется доказать, — ей предстоит вернуться и… и убедить в этом всех остальных.
Беда лишь в том, что Молли понятия не имела — как, судя по всему, и вообще все остальные обитатели Норд—Йорка, — каким образом можно доказывать наличие, равно как и отсутствие, магии.
Но… так или иначе, а странные события нуждались в объяснениях. Что увидели у неё на спине старший боцман и коммодор? Следы от «девятихвостки», девятиконцевой плети — но откуда эти следы могли взяться и почему их не видит сама Молли?
Её мысли невольно возвращались и возвращались к странному мальчишке со странным именем Всеслав. Одному из пленных Rooskies, что помог ей, что без тени сомнения называл её ведьмой.
Он, Всеслав, бестрепетно державший тёплый огонёк в ладони, явно понимал в магии. И не боялся её. Словно и не грозила ему опасность сгореть дотла, прихватив с собой всех, кому не повезёт оказаться рядом.
Однако Rooskies — варвары и враги. Так думал, в это верил весь Норд—Йорк. Они упрямо держались за заснеженные кручи Карн Дреда, медленно теснимые горными егерями и горнострелками дальше и дальше на север, к перевалам.
К перевалам, за которыми в неведомых, не нанесённых на карту дремучих и непроходимых чащобах лежали их — Rooskies — загадочные селения. Никто не знал, есть ли у них города. Ну, может, армия её величества знала, но не обычные горожане Норд—Иорка.
И да, госпожа старший боцман, господин коммодор и все остальные из экипажа «Геркулеса» воюют с Rooskies. А она, Молли, думает, как встретиться с их врагом?
Но Всеслав сам сказал ей идти на бронепоезд…
Молли сжала виски ладонями. Она не знает, не знает, ничего не знает!
Ничего… не… знает…
Глава 7
Стук–стук, стук–стук, стук–стук.
Молли приподнялась. Темно и тихо, перестук колёс, полка покачивается. «Геркулес» двигался. Молли перевесилась вниз — ну конечно, госпожа старший боцман уже на посту.
Госпожа старший боцман на посту, а она, Молли, дрыхнет!
— Мр, — недовольно сказала сытая Ди, явно желавшая спать дальше. Мол, куда собралась, хозяйка! Я же тут, пушистая и тёплая! Спи давай!
Но Молли уже мчалась по коридору.
«Геркулес» набрал ход, только колёса погромыхивали на стыках. Броневые заслонки опущены, всё готово к бою, как и положено. Госпожу старшего боцмана Молли нашла в головном броневагоне, Барбара с двумя механиками проверяла какие–то паропроводы.
— Мэм, юнга Перкинс докладывает о прибытии на пост, мэм! — отрапортовала Молли, вытягиваясь в струнку.
— Вольно, юнга Перкинс, — сурово ответила Барбара. — Проснулась? Я тебя, юнга, будить не хотела в первый твой день, но, раз уж ты докладываешь о прибытии на пост…
И потом целую смену Молли провела на ногах. Вместе с госпожой старшим боцманом и теми, кто назывались палубной командой. «Геркулес», как рассказывала мисс Барбара, был не просто обшитыми железом вагонами, поставленными впереди пары паровозов. Нет, это было единое целое, соединённое массой кабелей, шлангов и гибких труб. Пар приводил в действие механизмы, пар помогал перезаряжать пушки, гаубицы и митральезы, помогал поворачивать их, наводить на цель. Цилиндры, топки, перегреватели, холодильники, золотники были повсюду. А также вентили, клапаны, переходники, краны — и всему этому полагалось пребывать только в отличном состоянии и полной исправности.
Потом был обед, который им с мисс Барбарой доставил лично кок мистер Джон Сильвер. Они ели из котелков щедро приправленную маслом кашу, и Молли готова была поклясться, что ничего вкуснее она не едала за всю свою жизнь. Фанни готовила превосходно, но ни одно из её изысканных блюд не сравнилось бы с этой простой кашей — под погромыхивание броневагона, в тусклом свете ламп, рядом с подрагивающими патрубками.
— К трём часам пополудни пройдём Пять Братьев, — с набитым ртом говорила мисс Барбара. Приличия и правила поведения за столом её, похоже, нимало не волновали. — Задерживаться не будем. Нас ждут на восьмой ветке далеко на севере. Там сейчас трудно. Завтра с утра… — Она вдруг положила ложку пристально взглянула Молли в глаза. — Вы, юнга, будете находиться в вагоне экипажа, в моей аккомодации. Без моего приказа — никуда! Всё
