Квест империя: На запасных путях. Наша девушка. Империи минуты роковые

«О нет, – поняла Нор. – Он не смущен, он растерян и раздражен».

Она посмотрела прямо в его глаза, и не прошло и секунды, как Саар и три его спутника тоже стояли на коленях.

«И что теперь?» – запаниковала Лика, но Нор уже несло волной власти, которая текла в ее жилах вместо крови.

– Мастер Саар, – сказала Нор тихо. – Будьте любезны, подойдите ближе.

Он встал с колен, посмотрел ей в глаза и шагнул вперед.

– Что вы хотели мне сказать? – Она говорила, почти не разжимая губ.

– Я хотел сказать вам, что не понял вас при нашей первой встрече, – сказал он очень тихо. – И недооценил. Надеюсь, вы знаете, что делаете, ваша светлость. В любом случае для меня обратной дороги нет, так что я всецело ваш. Вы можете рассчитывать на меня.

– Спасибо, капитан, – ответила Нор. – Я уважаю искренних людей и ценю правду. Если вам потребуется моя помощь, моя рука по-прежнему лежит на рукояти меча.

И опять она сказала что-то такое, что заставило капитана Саара едва ли не вздрогнуть.

– Прикажете начинать церемонию? – спросил он после короткой паузы, потребовавшейся ему, чтобы справиться с волнением. – Я полагаю, уже никто не будет возражать.

– Начинайте, – разрешила Нор, а спрятавшаяся за ее спину Лика могла только удивленно хлопать глазами и задавать себе один и тот же вопрос: «А о чем мы, собственно, говорим?» Но ответа не было. Его не знала даже Нор, которая, сама не ведая того, дала толчок камнепаду.

Капитан повернулся и пошел к своим людям, а Нор и ее мечи – Медведь и Лиса – остались стоять около флаера.

Текли медленные мгновения, светила луна, наполняя прохладный воздух гор своим желтовато-бронзовым светом, безмолвно стояли деревья и люди. Нор вынула из внутреннего кармана камзола кожаный портсигар, неторопливо открыла, выбрала пахитосу и, спрятав портсигар обратно, повернулась к Эйку, в руках которого почувствовала оживший огонь. Прикурив, она поблагодарила его кивком и снова повернулась к людям из «Круга воев». Они совещались.

– Госпожа, – тихо сказала Фата (в ее голосе звучали ужас и восхищение). – Вы примете Кровавый Обет?

«Кровавый Обет? – спросила себя Нор. – А что! Пожалуй, девочка права».

«Кровавый Обет? – ужаснулась Лика. – Силы небесные! Я даже подумать о таком не могла!» Но, по-видимому, Фата была права, и выражение лица Эйка, когда он подавал огонь, говорило о том же.

– Потерпи. Увидишь, – ответила Лика устами Нор, а сама в это время с оторопью, переходящей в панику, думала о том, что эти люди – вои гегхского круга – действительно свихнулись, если готовы вернуть к жизни обряд, существовавший… – «Дайте подумать!» – существовавший… «Боги, сколько тысячелетий гегх не клялись на крови?»

«Но, – сказала себе Нор, – ведь если это так, то это означает…» Что это означает, Лика знала. В трудные времена – гегх говорили «последние», – когда выбор стоял между смертью и смертью, а мерилом выбора была одна только честь, круг выбирал «Зовущего Зарю», отрекаясь в его пользу от своей примитивной, но действенной демократии. «Великие боги! Они что, думают, что наступили последние времена? Зачем им «Зовущий Зарю?» – Нор была напугана и обескуражена. Такой поворот событий был совершенно внезапен и вопиюще неуместен.

«Анахронизм! – ужасалась Лика. – Каменный век! Они же современные люди…»

«Не все так просто, – подсказывала ей Маска. – Рассмотри проблему со всех сторон».

«Да, – согласилась Нор. – Подумаем. Зачем вообще они пригласили меня сюда?»

«Они говорили о поддержке, кажется», – предположила Лика.

«О нет, – усмехнулась Нор. – Они хотели поговорить. Посмотреть, прицениться и определиться. Возможно, договориться о союзе, сотрудничестве, взаимодействии. Да, пожалуй, именно так. Взаимодействие. Они же не поспешили мне на помощь, когда эта стахг[92] начала охотиться на меня, как на какую-нибудь куропатку!» В этом была правда. Но если дела обстояли именно так, то что же изменилось теперь? «Похоже, – решила Нор, – они зашли слишком далеко в своем путешествии вспять. Они стали воспринимать как истинные речения стандартные речевые обороты, которым учат с ранних лет каждого дворянина, но лишь как фигурам речи, давно лишенным какого-либо практического смысла». Но тогда выходило, что она, не ведая того, сломала весь заранее выстроенный Сааром и его друзьями план и подвигла воев на какой-то острый спонтанный шаг. Вопрос – какой? Какую интерпретацию в их головах могла получить традиция кровавого обета, ведь истинное значение этого ритуала по любому не укладывалось в нынешний контекст. Ведь не собираются же они на самом деле поднять мятеж против императора? Нет, конечно.

Нор докурила пахитосу и раздавила окурок каблуком. Маска не вмешивалась, позволив Лике вполне насладиться «процессом табакокурения». «Я бы и от рюмочки не отказалась, но это был бы уже перебор», – подумала Лика, чувствуя, как приятно холодит кожу лица ночной воздух.

«Будем рассуждать здраво, – решила она. – Какова может быть функция «Зовущего Зарю» в современных условиях? Партийный лидер? Это связано с борьбой интересов в гегхской среде? Они определяются в своей позиции?»

«Вот! – поняла она. – Они выбирают платформу».

«Бедные, – пожалела она воев. – Вы думаете, что я принадлежу к какой-то из партий, а я не принадлежала никогда и не…»