– Там все написано, – глаза Семена улыбались, когда он вынул руку из кармана и щелчком отправил в полет маленький, похожий на диск предмет.
«Зуда» пролетела сквозь крупную ячейку сетки и упала к ногам военного.
– Что?.. – успел задаться вопросом патрульный, наклоняясь чтобы разглядеть упавший предмет.
Первыми эффект ощутили сидящие на ветке березы вороны. Истошно вереща, они сорвались прочь, стремительно разлетаясь кто куда. Потом упал в снег Семен, что есть мочи зажимая ладонями уши. Патрульный отпрянул, пытаясь выхватить пистолет…
Всех накрыло пронзительным визгом, словно гигантский нож скользил самым кончиком по стеклянной тарелке. Следом налетела оглушительная какофония, заполнившая собой все, сотрясающая все нервные окончания, заставляющая мозг биться в черепной коробке. Разрушительная по силе паническая атака подхватила людей, погнала их прочь, орущих и вопящих.
Как только «зуда» сработала, взревели моторы квадроциклов. Дверь домика, а за ней и калитка распахнулись, выдавленные стремящимися наружу военными. Они бежали сломя голову, теряя амуницию и расшнурованные ботинки. Не в силах бороться с внеземной силой, катился прочь по насту Старцев, крича и хватая ртом снег. Было слышно, как бьются в домике прикованные к трубе грачи.
Квадроциклы рванули почти одновременно и почти в одну и ту же сторону. Звонко натянулись прицепленные к сторожке буксировочные тросы. Моторы натужно рыкнули, раздался хруст, и «времянка», сметая шаткий забор, поползла, набирая скорость, вслед за четырехколесниками.
Эффект от «зуды» кончился так же неожиданно, как и начался, – все разом прекратилось, лишь осталось послевкусие от сжатых до хруста зубов. Но похожий на снеговика Старцев не дал патрульным опомниться и схватиться за разбросанное оружие – он швырнул в их сторону вторую «зуду», а следом – «вертячку». Сам же побежал за укатывающей по полю времянкой, оставляющей за собой широкую просеку в сугробах. За его спиной вновь завыло, засвистело, разгоняя перепуганных людей, а помимо всего прочего вокруг них стремительно прыгало и скакало, поднимая искрящуюся снежную пыль.
Из леса выезжали на трофейной технике, бросив развалившийся «кунг» на опушке. Двое грачей ехали на прицепленной позади четырехколесника Старцева столешнице, вытащенной из сторожки. Они прижимали к себе сумки с опасным грузом.
Маша сидела позади Фомина. Когда они выехали на просеку и квадроцикл пошел ровнее, девушка подалась вперед, сильнее прижимаясь к спине парня и сказала:
– Спасибо.
Фомин ответил не оборачиваясь, но расплываясь в глупой улыбке:
– Спасать тебя становится привычкой.
Девушка не отстранилась, но в ее голосе прорезались упрямые нотки «обычной» Маши:
– А я и не настаивала. Ты сам прибежал.
– Я вообще не понимаю, как ты со мной можешь общаться? – съязвил Игорь, в глубине души довольный похвалой. – Я же сталкер, артефакты таскаю из Зоны. Ты же презирать меня должна.
– Ты же не опасные таскаешь, – ответила Маша, но спохватилась. – Хотя нет, ты прав. Конечно презираю!
– Игорь! – докричался до друга Семен, махая телефоном. – Я Гоше дозвонился, он нас подхватит! Доезжаем до дороги и бросаем тарантасы!
Фомин кивнул. Конечно, не стоило слишком долго разъезжать на угнанной у миротворцев технике. Какие бы они продажные ни были, как бы долго ни разбирались, кто же их мог так нагло выставить, но до своих ооновцы достучатся быстро. Потому как утрата казенного имущества. А там – вертолеты, погоня и тюрьма. Нет уж, нужно как можно быстрее…
Друзья перевалили через пригорок и съехали вниз, к дороге.
Прямо к трем огромным черным внедорожникам с эмблемой МИВК. За ними было почти не видно раритетной «Чайки», сиротливо притулившейся у обочины.
– Дядя? – испуганно пискнула Маша.
– В машину! Быстро! – рявкнул Разуваев, стоящий в окружении вооруженных карабинами охранников в черной форме.
Все всё поняли. Неизвестно как, откуда и почему здесь оказались рэксы во главе с начальником безопасности Института, но сейчас они были на нужной стороне. Поэтому, оставив мысли о последствиях на потом, Игорь бросил квадроцикл, подхватил Машу, помогая ей спрыгнуть на землю, и бросился в распахнутое чрево джипа. Его примеру последовали Семен и грачи, которых усадили в другую машину. Перед тем как дверь захлопнулась, Фомин успел разглядеть за рулем «Чайки» одного из бойцов Разуваева. Насупленный Чесноков сидел рядом, демонстративно сложив руки на груди.
Разуваев уселся на переднее сиденье, и машина мягко снялась с места, понеслась по зимней дороге. За ней – джип с Семеном и грачами, позади – автомобиль Гоши.
– Дядя, ты что, опять следишь за мной? – возмущенно воскликнула Маша.
Они с Игорем сидели на заднем сиденье. С правого боку над Фоминым нависал плечистый рэкс, который практически придавил парня к девушке.
– Плохо слежу, – Петр Вячеславович, казалось, пребывал в ярости, но сдерживался сколько мог и лишь недобро зыркнул на своего водителя, словно тот был ответственен за неудавшуюся слежку. А может, и был, уж больно достоверно он съежился под испепеляющим взглядом начальника.
– Да как ты мог? – взвилась Маша.
