Эшелон войск «46» – план ускоренного железнодорожного движения – 3.6–23.6 (12 танковых и 12 моторизованных дивизий из Германии, с Запада и Юго-Востока).
Ускорение перебросок невозможно по техническим причинам и вследствие необходимости окончания доукомплектования.
Своевременно не смогут прибыть: две танковые дивизии (2-я и 5-я) и одна моторизованная дивизия (60-я). 2) Резервы ОКХ.
Включая пять дивизий с Запада и полицейскую дивизию, резервы ОКХ составляют 30 дивизий, из которых 11 в настоящее время ещё находятся на Балканах. 3) Сопоставление сил России и Германии. Анализ предстоящих пограничных сражений, в особенности в полосе группы армий «Юг». Возможность использования венгерских войск. Возможность наступления на р. Прут в случае наличия достаточных сил:
Фюрер:
а) Переговоры с Венгрией, Финляндией и Румынией. На Западе, возможно, предстоят крупные события. Поэтому необходима защита на Востоке. Россия несколько раз недружелюбно поступала с нами, так что мы должны обеспечить себя от неожиданностей. Ориентировочно с 23.5.
б) Необходимость прикрытия Плоешти и Чернавода.
в) Введение в действие управления армии Шоберта за 6 недель до начала, т. е. не позже 15.5.
4) Части РГК. Необходимость использования всех наличных сил в операции «Барбаросса». Выделение 105-мм пушек и мортир для Ливии очень болезненно отразится на операции «Барбаросса». Пока следует отправить в Ливию лишь одну батарею 105-мм пушек, с остальными – подождать. Если Тобрук возьмём, то в них больше не будет необходимости.
Батареи железнодорожных орудий временно перебросить с Запада на Восток (из 16 батарей – семь)…
Глава 3
Когда Марков вернулся, Люсечка так и сидела на стуле в кухне, упершись неподвижным взглядом в дверцу холодильного шкафа. На лице застыли дорожки от слёз, алая губная помада размазалась, и казалось, будто рот девушки в незапёкшейся крови. На хлопок входной двери она не отреагировала, словно застыла в трансе.
Если бы не разговор с Заковским, Сергей безусловно поверил бы, что блондинка потрясена случившимся. Даже теперь шевельнулось сомнение: может, Леонид Михайлович ошибся, на девчонку – ей же года двадцать два, ну, двадцать три, не больше – возвели поклёп. И всё же Марков решил действовать, полностью соблюдая инструкции первого заместителя наркома НКВД.
– Я получил назначение: командовать Западным округом, – сообщил он. – Выезжаю в Белосток послезавтра утром. Поезд в шесть одиннадцать с Белорусского вокзала. Это спецэшелон, вне расписания, потому опаздывать нельзя. Ты отправляешься со мной. Собери вещи, только не много. Подумай, где укрыться на пару дней, чтобы не нашли. Есть такое место?
– Есть, я поеду…
– Мне не говори, куда спрячешься. Отправь заявление об увольнении по собственному желанию…
– …в связи с семейными обстоятельствами, – бесцветным голосом добавила Люсечка. – Меня отпустят. У нас так делают. Когда Машка Ивершинь за своего лётчика выскочила, а ему надо было отбыть с частью, тоже на Запад, между прочим, она вообще заявление уже из-под Бреста прислала. Правда, оно было заверено командиром части. Но ты же сможешь приказать, чтобы и на моё печать поставили, ведь правда?
С каждым словом Люсечка будто оттаивала. Лицо ожило, по нему тенями пробежали надежда, потом бурная радость. Последние слова она произнесла даже с ноткой кокетства. И вдруг словно споткнулась: «А эта твоя… студенточка. Что же, ты целый гарем с собой повезёшь? Тут же доложат кому следует».
– Елена остаётся в Москве, – сухо произнёс Марков.
– Правда? – расцвела блондинка. – Это ты так решил или её мама не пустила?
– Не важно, – отрезал командир. – Подумай о другом: для проживания в приграничной зоне нужно спецразрешение. Оформить его на тебя я уже не успею. Могут возникнуть неприятности.
– Не переживай, разрешение у меня есть, – успокоила девушка, думая о чём-то своём. Может, обдумывала, какие платья взять, а какие оставить.
Опять-таки, если бы Заковский не выделил этот вопрос особо, Сергей не обратил бы внимания на эту мелочь. Мало ли откуда, по какой счастливой случайности у Люсечки оказался в нужное время документ, который не так легко получить. Может, мама у неё живёт в городишке на самой границе. Или ещё кто из близких родственников. Но комиссар госбезопасности, человек опытный во многих, в том числе и в таких крючкотворских делах, подчеркнул: эта бумага у блондинки будет обязательно, потому что лейтенант ГУГБ Сумова подослана к генерал-полковнику Маркову с неким заданием, и наличие пропуска – условие его успешного выполнения.
Сергей смотрел на оживлённое, почти счастливое лицо Люсечки, на сияющие синие глаза и с трудом подавлял желание вынуть из кобуры «ТТ» и пристрелить эту красавицу. После чего отправиться на Западный фронт: жить и исполнять свои обязанности.
На следующее утро бледный после бессонной ночи, но чисто выбритый генерал-полковник Марков готовил дела для передачи преемнику в должности командующего Московским военным округом генерал-лейтенанту Павлу Артемьевичу Артемьеву. О нём Сергей Петрович знал немного: человек НКВД, до назначения на округ командовал спецчастями наркомата. Надо думать, больше полицейский, чем солдат. Естественно, по принятой военной
