Винн вежливо поклонилась ему.
— Я странница Хигеотрт из Гильдии Хранителей Колм-Ситта.
— Колм-Ситта? — повторил он, с акцентом растягивая гласные. — Вы проделали долгий путь от дома.
— Да. Я доставляю официальное сообщение премину миссии Гильдии Лхоинна. Какие-либо фургоны направляются туда?
— Что вы можете предложить за проезд? — спросил он прямо.
— Охрану, — вмешался Красная Руда, показав на себя, Чейна и даже Тень.
Он уже казался слишком настойчивым — особенность гномских торгов. Но Винн надеялась, что всё обойдётся.
— У нас уже есть охранники, — Адрино вернулся к изучению колеса, но перед этим цепко осмотрел Красную Руду и Чейна.
— Не такие, как мы, — категорично заявил Красная Руда. — Даже близко.
Его поведение возымело ненужный эффект. Винн была почти уверена, что вождь не хочет продолжать торги. Красная Руда обычно был довольно силён в этом. Адрино же ясно видел, что единственная выгода в такой ситуации будет для гнома, и лоб вождя каравана наморщился.
Винн собиралась уже вмешаться, но вдруг Чейн спокойно сказал:
— Мы возьмем на себя ночные часы. Ваши охранники отдохнут для дневной смены.
Адрино внимательно посмотрел на него:
— Вы будете ночным патрулём? Вы знаете, что нужно делать?
— Да, и к тому же, у нас есть… волчица. Она хорошо обучена.
Винн зажала рукой пасть Тени на случай, если собака поняла, что он сказал.
Адрино наконец кивнул.
— Хорошо. Мои люди смогут больше спать, но у вас должен быть собственный транспорт и провизия. У нас нет мест, а уезжаем мы на рассвете.
Когда вождь каравана ушел, Чейн наблюдал, как выражение лица Винн стало встревоженным. У них еще не было фургона, а город будет закрыт на ночь.
— Я раздобуду фургон и лошадей, — заверил он ее, оглянувшись на путь, которым они пришли. — Ты и Красная Руда попытайтесь найти побольше еды на ближайшем рынке.
— Разве не я должен иметь дело с торговлей? — осведомился гном и скрестил руки на груди, все еще держа посох, как будто неудача задела его.
Обычно он был бы прав, но Чейн не собирался соглашаться на любой фургон. У них впереди все еще был долгий путь, Винн должна найти подсказки в Лхоинна и развскать остатки давно забытого ситта. Они не могли позволить себе купить абы какой фургон.
— Свежие продукты тоже важны, — сказал он Красной Руде. — Помоги Винн.
Если эта лесть подействовала на гнома, он не показал этого.
— Идём, — сказала Винн. — У нас только сегодняшний вечер. После встретимся здесь.
Коротко взглянув на Чейна, Красная Руда последовал за Винн и Тенью к городу.
Чейн пождал, пока они не уйдут из поля зрения, а затем направился к берегу. Стоянка каравана в предместьях города была не единственным местом, куда доставляли груз из порта. Он держал путь вдоль южного конца береговой линии, пытаясь разглядеть какую-нибудь крупную конюшню рядом со складами. Это не заняло много времени.
Он нашёл подходящее место у проселочной дороги и осмотрел все ближайшие улицы. Проверив широкие устойчивые ворота, он обнаружил, что они заперты и даже не двинулись под его весом. Факт, что они были заперты изнутри, принес ему некоторое облегчение. Это означало, что был другой выход — или вход. Значит, владелец закрыл их на ночь, и, следовательно, ему понадобился другой выход.
Ближайшие люди были в двух кварталах отсюда, и он скользнул вокруг здания, вниз по переулку. Задняя дверь конюшни была заперта на навесной замок. Потребовалось немного усилий и шума, чтобы сместить пластину от дверного косяка.
Внутри его приветствовало мягкое шуршание, наряду с запахами кожи, сена и навоза в пыльном воздухе. У задней стены были свалены в беспорядке вилы и тюки сена, но черный мерин и гнедая кобыла стояли в ближайших стойлах. Они были самыми молодыми и здоровыми из всех шести лошадей. Он нашёл упряжь у передней стены и взял пару поновее. Но относительно фургона у него не было такого выбора.
Единственной повозкой внутри была большая, двухколесная телега. Вряд ли это было единственное транспортное средство рядом с доками, шестью лошадьми и множеством упряжи.
Чейн вышел и обошёл конюшню вокруг. У левой стены он нашел большой фургон и поторопился осмотреть его.
Облучок был длинным и крепким. Борта были обшиты досками, рядом высились скобы для брезента. Свернутый холст обнаружился уложенным под сиденьем. Фургон подходил идеально, за исключением двух вещей.
Левое, оббитое жестью колесо было приковано цепью к железному кольцу, вделанному в булыжники переулка. Чейн решил не ломать его, пока не будет полностью готов уехать. Другая проблема стала очевидной, когда он вернулся к задней двери конюшни.
