пушки.
– Кто-то должен был это сделать, – ответил Гэврил.
Дозорные сбежались на звуки выстрелов и теперь наблюдали, как саперы отступают вниз по склону.
– Эй, подготовьте орудия, – обратился к ним Гэврил. – Помогите им. У нас хватает боеприпасов. Я не хочу, чтобы эти саперы добрались до подножия горы.
Бо и Моуз обменялись долгими взглядами.
– Значит, ты принимаешь командование? – спросил Моуз.
– О бездна, нет! – проворчал Гэврил. – Просто поддержал ребят, пока не подошел Жаро. Куда он подевался?
– Болезнь доконала его. – Моуз покачал головой. – Все оказалась серьезней, чем мы думали. Он почти не шевелится. Доктор говорит, ему не пережить эту ночь.
Гэврил на мгновение помрачнел, затем оглянулся на крепостную стену:
– Значит, так тому и быть. – Он развернулся на одной ноге и двинулся вдоль укреплений. – Эй вы! Принесите ядра. И побольше бочонков с порохом! – И пошел дальше, отдавая приказы и размахивая на ходу кулаками размером с окорок.
– Постойте, – опомнился Таниэль. Насколько он понял, Жаро был Мастером Дозора. – Значит, Гэврил – заместитель командира?
– Он сам был Мастером, пока не начал пить, – объяснил Бо.
Моуз ушел вслед за Гэврилом, а Фесник побежал за своим ружьем.
– Не сомневаюсь, что он был хорошим проводником, но… Мастер?
– Да. Мастер. – Бо покачал головой. – Он… э-э-э… Ладно, не мое это дело, чтобы рассказывать тебе. Гэврил – наш человек, можешь не волноваться. Ага, – добавил он, посмотрев за стену. – Я вижу, они готовятся к контратаке.
Рота солдат вышла из Мопенхаги. Другая рота выстроилась в колонну позади них, а за ней еще одна. Похоже, они собирались штурмовать крепость с ходу. Вряд ли они успеют до наступления темноты подойти на расстояние выстрела. Но как бы то ни было, война уже началась.
– Следующий! – крикнули из-за двери, и Нила передвинулась в начало очереди.
Она стояла на крыльце Палаты Пэров, новой штаб-квартиры адроанской армии. Где-то позади нее когда-то высились гильотины, отнявшие жизнь у многих аристократов. С того дня прошло немало времени, но пятна пролитой крови сохранились. Солнце припекало плечи Нилы, ветер трепал ее темно- рыжие локоны. Она пригладила волосы рукой. В новом платье она выглядела в сто раз богаче любого в этой веренице безработных.
Человек за столом окинул ее взглядом с ног до головы:
– Непохоже, что ты нуждаешься в работе.
Чиновник носил синий армейский мундир с эмблемой команды квартирмейстеров на груди под тремя нашивками за срок службы.
– Я прачка. – Нила гордо вскинула голову. – И привыкла следить за своей одеждой.
– В самом деле прачка? Доул, «Благородным Воинам Труда» нужны прачки?
– Нет. – Мужчина за соседним столом поднял глаза на Нилу. – Босс говорит, что их и так слишком много.
– Я слышала, что прачки нужны в армии. – Нила поправила юбку.
– Девушке с твоей внешностью не стоит связываться с армией. – Квартирмейстер откинулся на спинку стула. – Это не самая лучшая идея.
– Но я слышала, что они хорошо платят. Дают палатку и все необходимое. Я могу сделать в десять раз больше, чем какой-нибудь солдат.
– Это правда, – признал квартирмейстер. – Но я не стал бы хвастать этим на твоем месте. Мы платим лучше, чем рабочий союз платит опытному трудяге. Ты уверена, что хочешь попасть в армию?
– Мне нужны деньги. – Нила кивнула в ту сторону, где раньше стояли гильотины. – Моему последнему хозяину отрубили голову, и с тех пор я не заработала ни краны.
– Такие истории теперь часто приходится слышать, – посочувствовал ей квартирмейстер. – Ты ведь не была с теми мятежниками, правда?
– С тех пор как мне исполнилось одиннадцать, мой хозяин по два раза в день затаскивал меня в постель. – Нила наклонилась вперед и постаралась придать голосу как можно больше ненависти. – Я плюнула в его голову, когда она упала в корзину.
– Ясно. – Квартирмейстер пожевал кончик пера. – В тебе чувствуется огонь. Что-то мне подсказывает, что ты сможешь постоять за себя. Но я все-таки запишу тебя в офицерскую прислугу. С ними безопасней. Как правило. Ты умеешь шить? Кажется, фельдмаршалу нужны швеи.
– Это было бы здорово! – впервые за несколько недель искренне улыбнулась Нила.
21
Тамас проснулся от чувства удушья. Он приподнялся на локтях, пытаясь перевести дух. Словно тяжелый жернов придавил ему грудь. Он отшвырнул ногой одеяло и сел, наклонившись над краем кровати.
В последнее время Тамас спал в своем кабинете на верхнем этаже Палаты Пэров, предпочитая мягким подушкам королевского дивана простую, но удобную солдатскую раскладушку в углу. Прочный холст раскладушки пропитался по?том, так же как постельное белье и волосы Тамаса. Внезапно он
