присутствие призраков, но не слышишь и не видишь их. Ужас от собственного бессилия и беспомощности иногда крушит нервы.
Киппс замолчал. Его вид стал суровым. По залитой солнцем траве к нам шел Локвуд.
— Мы арестованы? — спросила я.
Вопрос этот не такой уж идиотский, как могло показаться со стороны. Барнс вполне был способен принять подобное решение, и уничтожение костяного стекла лишь один из поводов.
— С чего бы? — усмехнулся Локвуд. — Инспектор Барнс может лезгинку от радости танцевать! Да, мы разбили зеркало, да, главный подозреваемый мертв, но, в конце концов, опасность для Лондона миновала. А это ведь главное. Значит, мы успешно справились с задачей. Верно? Ему грех плакаться: осколки стекла у него, а бонусом — трофеи Джолина, которые он хранил здесь и головорезы Уикмана. В общем, он сдержано счастлив. И я вместе с ним! Как на счет тебя Гуилл?
— Ты отдал Барнсу зеркало? — спросил Киппс.
— Ага.
— Он заплатил?
— Да.
— Полную сумму?
— Нет. Хоть главные роли в спектакле достались нам, твоя команда здорово помогла в заключительном акте. Я предложил разделить вознаграждение семьдесят на тридцать. Так честнее.
— Приемлемо…, - не сразу ответил Киппс.
— Отлично, — глаза Локвуда блеснули. — А теперь о нашем пари. Если мне не изменяет память, проигравший в этом деле, должен дать объявление в "Таймс" о своей никчемности и восхвалять победителя. Учитывая, что мы нашли зеркало, разрулили ситуацию с Джолином и Барнс, официально признал нашу победу, то не возникает непоняток, кто неудачник. Так — что?
Киппс прикусил губу, его усталые глаза бегали влево-вправо. В итоге, он неохотно и медленно, как выползающая из трещины уховертка, сказал:
— Согласен.
— Отлично! — дружелюбно воскликнул Локвуд. — То, что я и хотел услышать. Я не могу заставить вас сделать это, в прочем, даже не хочу, после заварушки, в которую мы вместе угодили. Кроме того, я не забыл, что ты пытался помочь Джорджу и Люси. Так что не переживай. Неустойку платить не надо.
— Значит, объявление…?
— Ерунда. Глупая идея.
У Киппса были противоречивые эмоции, он что-то порывался сказать, но ограничился кивком. Затем поднялся и отправился к своей команде, окруженный облачком серой пыли.
— Благородный жест, — заметила я. — Ты поступил правильно. Хотя….
— Не уверен, что такой уж благородный, — Локвуд почесал нос. — Ну, да, ладно. Смотри-ка, кто к нам идет.
К лестнице плелся Джордж. Его подлатали, в целом выглядел он неплохо. С тех пор, как выбрались из катакомб, мы еще не успели поговорить.
— Если собираетесь меня убить, — робко сказал он, — то делайте это быстро. Я еле на ногах держусь.
— И мы вымотались, поэтому отложим на другой раз, — ответил Локвуд.
— Простите. Мне не нужно было уходить.
— Ага, — Локвуд откашлялся. — Но мне тоже следует попросить прощение.
— Лично я не собираюсь извиняться перед кем-либо, пока не посплю, — мой язык с трудом ворочался.
— Я был резок с тобой, — продолжил Локвуд, — игнорировал твой неоценимый вклад в нашу работу. То, что ты натворил, почти полностью зависело от одержимости зеркалом и призраком Байкерстаффа. Разум целиком не принадлежал тебе.
Джордж молчал.
— Ты ничего не хочешь сказать?
— Он задремал, — вздохнула я, толкнув Джорджа, веки которого сомкнулись. — Просыпайся! Слушай, когда ты смотрел в зеркало….
— Ответ — ничего, — сонно пробормотал Джордж. — Я ничего там не видел.
— Но как? Меня затянуло в него с одного быстрого взгляда. Все, что я смогла сделать, чтобы вырваться — это разбить стекло. А ты смотрел прямо на него, и Джолин….
— О! "Красивые вещи"? Первое, что пришло мне в голову. А Джолин именно это и хотел услышать. Я врал.
— Если ты смотрел в зеркало…, - уставился на него Локвуд.
— Да, смотрел! Я же там была!
— Тогда, как ты выжил, ведь все, кто делал это, в конечном итоге умирали от страха?