мраморное изваяние треснуло. Паутина мелких трещинок побежала по лицу мраморной девушки, по ее рукам и телу.
– Остановись, Шала! – вскричал Вайи, но было уже поздно.
Желтоватый мрамор раскололся. Мраморная рука грохнулась на пол, а потом вся статуя стала крениться в мою сторону, так что приоткрытые губы красавицы оказались в опасной близости от моего лица, словно Лавала вздумала поцеловать меня в лоб на прощание. Кишан подхватил меня на руки, и они с Реном отпрыгнули в сторону, а в следующую секунду тяжелое изваяние с грохотом рассыпалось на куски в том самом месте, где мы только что стояли.
– Я цела, – быстро сказала я, когда Кишан поставил меня на ноги. – Ни царапинки!
Мне показалось, что Кишан снова напрягся, поэтому я выглянула из-за плеча Рена, чтобы посмотреть, в чем дело. Оказалось, что Владыки наконец заметили наше присутствие. Тьма, окружавшая их, прояснилась, но сердце у меня ушло в пятки, когда я поняла, что владыки заметили не нас, а
Рен инстинктивно шагнул вперед и загородил меня, но Владыки этого даже не заметили.
– Меня зовут Шала, – сказал первый, протягивая мне руку.
Вайи грациозным жестом положил руки на плечи Рена и Кишана и слегка отодвинул их в сторону. Он не прилагал никаких усилий, но мои тигры, как котята, кубарем отлетели в разные концы комнаты. Там они с размаху врезались головами в мраморные стены и, потеряв сознание, растянулись на золотом полу.
Я нервно сглотнула и выпалила первое, что пришло мне в голову.
– Вы… так вы близнецы!
Вайи, не тратя времени на ответ, спросил брата:
– У нас еще есть время?
– До заката еще долго, – ответил Шала. – Тогда цикл будет завершен.
Братья дружно улыбнулись одинаковыми улыбками и хором сказали:
– Добро пожаловать в Бодха, юная дева!
– С Шалой ты уже познакомилась. А я – Вайи. Не хочешь ли слегка отдохнуть и освежиться? – Он взял меня под руку и повел в глубь комнаты.
– Я знаю, о чем вы думаете! – нервно пролепетала я, посылая мысленный зов моим тиграм. – Но я не ваша Лавала!
– Это может сказать только зеркало, – улыбнулся Вайи.
– Да? Вы так думаете? Но ведь я уже бодха! – я ткнула пальцем в свой изумрудный лоб. – Я уже проходила испытание вашим зеркалом, и оно меня отвергло!
Шала шутливо дотронулся пальцем до кончика моего носа.
– А вот мы и узнаем, настоящая ты бодха или нет!
Он щелкнул пальцами, рассыпав огненные искры. Холодное пламя коснулось моего тела – и фальшивое обличье бодха стало слезать с меня, как чешуя. Я и опомниться не успела, как ко мне вернулась моя настоящая внешность. Мои каштановые волосы сами собой заплелись в косы. Я даже одета была в свою обычную одежду, включая любимые растоптанные кеды.
– Ну ладно! – залепетала я. – Хорошо, вы меня поймали. Я не бодха, но все равно я пришла сюда не через вулкан, как все ваши девушки!
К счастью, я заметила, что Рен и Кишан зашевелились, приходя в себя. Но братья не обращали на них никакого внимания.
– То, каким путем ты пришла сюда, не имеет ни малейшего значения, – провозгласил Вайи.
– Главное – ты невинная дева, в противном случае ты не могла бы войти во внутренние покои нашего храма, – добавил Шала. – А раз так, ты вполне годишься для испытания.
Я покраснела до ушей и быстро покосилась на Рена и Кишана, надеясь, что они этого не слышали. Как назло, мои надежды не оправдались. Рен и Кишан оба улыбались до ушей, но быстро посерьезнели, взглянув друг на друга. Они медленно поползли в нашу сторону, напружинившись для прыжка.
Не успела я даже глазом моргнуть, как сама очутилась на месте девушки, за которой только что наблюдала. Слуги принесли мне блюда с изысканными яствами. Разбитое зеркало исчезло, а статуя прекрасной Лавалы каким-то чудом вновь сделалась целой. Владыки пламени подсели ко мне и принялись наперебой ухаживать.
Я вытянула шею, чтобы посмотреть, что собираются делать мои тигры. Шала перехватил мой взгляд и взмахом руки окружил нас стеклянной стеной. Теперь я не могла их слышать, только видела, как они зовут меня. Это было как с хрустальной клеткой феникса, только с точностью до наоборот. Теперь я находилась не снаружи, а внутри клетки, да не одна, а вместе с парой близнецов, которых я не отличала друг от друга и которые совершенно не умели держать свои руки при себе.
В очередной раз оттолкнув эти назойливые руки, я сказала:
– Слушайте, я уже просто не знаю, что делать с вашими знаками внимания, и хотя мне, конечно, очень льстит такое отношение, но поймите меня правильно – мне это все не интересно!
Шала взглянул на Рена и Кишана.
