– Сэр, – сказал паршун. – Я должен уйти.
Каладин нахмурился.
– Мне жаль, – продолжил Шен в своей обычной неторопливой манере. – Я не могу объяснить почему. – Он как будто чего-то ждал, напряженно сжимая копье. То самое копье, которое ему дал Каладин.
– Шен, ты свободен. Я не стану тебя удерживать, если ты хочешь уйти, но я не знаю, существует ли такое место, куда ты можешь пойти, не опасаясь утратить свою свободу.
Шен кивнул и собрался уйти.
– Ты уходишь сегодня?
– Прямо сейчас.
– Дозорные на краю равнин могут попытаться остановить тебя.
Шен покачал головой:
– Паршуны не сбегают из неволи. Они увидят лишь раба, который выполняет порученное задание. Я оставлю ваше копье у костра. – Он направился к двери, но возле Каладина приостановился и положил руку ему на плечо. – Вы хороший человек, капитан. Я многое узнал. Мое имя не Шен. Я Рлайн.
– Рлайн, да будут ветра благосклонны к тебе.
– Я боюсь не ветров. – Паршун похлопал Каладина по плечу, тяжело вздохнул, словно ожидая чего-то трудного, и вышел из комнаты.
53
Совершенство
Адолин предплечьем отбил осколочный клинок Элита. Осколочники не пользовались щитами – каждая часть доспеха была крепче камня.
Он ринулся вперед в стиле ветра, пересекая песок арены.
«Сын, выиграй для меня осколки».
Адолин наносил быстрые и плавные удары в стиле ветра. Они сыпались на Элита то с одной стороны, то с другой, вынуждая того отступать. Тот держался, его доспех истекал буресветом из десятка мест, куда Адолин ударил.
Все надежды на мирное завершение войны на Расколотых равнинах исчезли. Умерли. Принц знал, как сильно отец желал этого завершения, и высокомерие паршенди его разозлило. И расстроило.
Он сдерживал эти чувства. Нельзя допускать, чтобы они им овладели. Он двигался плавно и аккуратно, как того требовал стиль боя, и сохранял спокойствие и безмятежность.
Элит явно ожидал, что Адолин будет безрассудным, как в первой дуэли за осколки, и все время отступал, выжидая момента безрассудства. Принц не собирался оказывать ему такую услугу.
Сегодня он сражался правильно, в точности соблюдая движения и приемы, не позволяя себе ничего особенного. Сокрытие своих способностей в предыдущей дуэли не вынудило по-настоящему сильных противников согласиться на поединок. Адолин и Элита едва уговорил.
Пришло время сменить тактику.
Адолин миновал то место, откуда за ним наблюдали Садеас, Аладар и Рутар. Ядро коалиции против отца. К этому дню каждый из них устроил незаконные вылазки на плато и украл светсердце до того, как успели прибыть те, кому это было предписано. Каждый раз они платили штрафы, назначенные за неповиновение. Далинар не мог ничего другого с ними сделать, не рискуя открытой войной.
Но его старший сын мог наказать их иначе.
Элит осторожно пятился, а Адолин надвигался на него. Противник отважился на пробный выпад, но принц отбил клинок и ударом слева рассек броневую пластину на предплечье Элита. Она тоже начала истекать буресветом.
Толпа зрителей заворчала, шум вокруг арены становился все громче. Элит опять пошел в атаку, и Адолин отбил его удары, но не стал атаковать в ответ.
Идеальная форма. Каждый шаг согласно канону. Внутри проснулся Азарт, но Адолин его подавил. Великие князья и их свары вызывали у него отвращение, однако сегодня он не покажет им этой ярости. Вместо нее – покажет им совершенство.
– Элит, он пытается тебя измотать! – раздался с трибуны неподалеку голос Рутара. В молодые годы он был довольно неплохим дуэлянтом, хотя и не настолько хорошим, как Далинар или Аладар. – Не позволяй ему!
Шлем скрыл улыбку Адолина, когда Элит кивнул и ринулся на него, перейдя к стилю дыма, намереваясь нанести колющий удар. Рискованно. В
