осколочниками!
– На дуэльной площадке, где его помощь была к месту, – ответил Элокар, вскинув руки. – Я по-прежнему не согласен с тем, чтобы темноглазым было позволено сражаться на дуэли с осколочниками. Если бы ты меня не удержал… Нет уж! Дядя, я не стану его поддерживать. Не стану, и все тут. Обычные солдаты, вызывающие на дуэль наших самых высокопоставленных и важных генералов? Да это же безумие!
– Я сказал правду, – прошептал Каладин.
– Ни звука! – заорал Элокар, остановившись и ткнув пальцем в его сторону. – Ты все погубил! Мы потеряли шанс прижать Садеаса!
– Адолин его вызвал. Садеас ведь не может проигнорировать это.
– Конечно не может! – завопил Элокар. – Он уже ответил!
Кэл нахмурился.
– Адолину не удалось припереть его к стенке, – объяснил Далинар, глядя на юношу. – Едва покинув арену, Садеас прислал весточку: он согласен драться с Адолином на дуэли. Через год.
Через год?! Каладин ощутил пустоту в желудке. К тому времени, как истечет год, дуэль, скорее всего, уже не будет иметь никакого значения.
– Он выскочил из удавки, – простонал Элокар, заламывая руки. – Нам так нужен был тот момент на арене, чтобы прижать его, чтобы под угрозой позора принудить к битве! Ты украл этот момент, мостовик.
Каладин опустил голову. Хотелось встать, чтобы быть с ними лицом к лицу, но мешали цепи. Холодные кандалы на лодыжках, приковывавшие его к стулу.
Он помнил такие оковы.
– Вот чего ты добился, дядя, – бросил Элокар, – поставив раба во главе нашей гвардии. Клянусь бурей! О чем ты думал? А я о чем думал, когда позволил тебе подобное?
– Элокар, ты видел, как он сражается, – негромко сказал Далинар. – Он хорош.
– Проблема не в его навыках, а в его дисциплине! – Король скрестил руки на груди. – Казнь.
Каладин вскинул голову.
– Что за вздор ты несешь! – возразил Далинар, шагнув к стулу Кэла.
– Таково наказание за клевету на великого лорда, – парировал Элокар. – Таков закон!
– Ты король и можешь простить любое преступление, – напомнил Далинар. – И не говори мне, что на самом деле хочешь увидеть этого человека повешенным после того, что он сегодня сделал.
– И ты мне помешаешь? – уточнил Элокар.
– Я не потерплю подобного, в этом не сомневайся.
Монарх пересек комнату, подошел к Далинару. На миг они забыли про Каладина.
– Я король? – спросил Элокар.
– Разумеется.
– Из твоего поведения это не следует. Дядюшка, тебе придется принять одно решение. Я не намерен и дальше позволять тебе править, превращая меня в марионетку.
– Я не…
– И я решил, что мальчишку казнят. Что теперь скажешь?
– Скажу, Элокар, что, попытавшись сделать это, ты получишь врага в моем лице. – Далинар напрягся.
«Только попытайтесь меня казнить… – подумал Каладин. – Только попытайтесь».
Некоторое время двое сверлили друг друга взглядами. Наконец Элокар отвернулся:
– Тюрьма.
– Как надолго? – спросил Далинар.
– Пока я не решу, что с него хватит! – отрезал король, махнул рукой и быстро направился к выходу. В дверях он остановился и с вызовом посмотрел на Далинара.
– Ладно, – согласился великий князь.
Король ушел.
– Лицемер, – прошипел Каладин. – Он сам настоял, чтобы вы поставили меня во главе его гвардии. А теперь винит вас?
Далинар вздохнул и опустился на корточки рядом с Каладином:
– Сегодня ты сотворил чудо. Защитив моих сыновей, ты оправдал мою веру в тебя перед всем двором. К несчастью, потом ты все испортил.
– Он предложил мне награду! – огрызнулся Каладин, поднимая закованные руки. – И я ее получил, кажется.
– Он предложил награду Адолину! Солдат, ты знал, что? мы затеяли. Ты слышал об этом плане во время совещания сегодня утром. Ты обменял его на
