– Обездвижил духа, взяв его в захват, и всадил ему в грудь железный стержень.
– Ничего другого мы и не ожидали, – закатила глаза Алара.
Возможно, я все-таки одна из них!
– Но у меня нет никакой специализации.
Алара вскинула брови:
– Шутишь? Ты нарисовала Стену по памяти!
Моя эйдетическая память не казалась мне впечатляющим оружием в битве со смертоносными духами.
Прист покачал головой:
– Более того, способность рисовать символы имеет непосредственное отношение к возможности вызывать ангелов и демонов и управлять ими.
– Рисовать я, конечно, умею, а вот вызывать кого-то – нет. Тем более ангелов и демонов.
Прист в упор посмотрел на меня:
– Тогда тебе повезло, потому что тебе не нужно вызывать духа мщения. Тебе нужно всего лишь его убить.
Глава 24. Та самая
Я стояла под окнами кафе и смотрела, как Лукас расплачивается с баристой. После ночевки в фургоне я отдала бы что угодно, чтобы упасть в одно из глубоких кожаных кресел в зале. Но кафе было крошечным, и хотя от Саншайна нас отделяло пятьдесят миль, мы решили, что кто-то все равно может меня узнать и потому рисковать не стоит.
Но даже стоять тут под окнами было лучше, чем торчать в фургоне.
Прист с Джаредом, едва проснувшись, отправились в город пополнить свой арсенал, а Алара принялась рыться в дневниках, пытаясь найти что-то такое, что могло бы вывести нас на следующую часть Орудия. Хватило ее всего на двадцать минут, после чего она потребовала кофеиновой подзарядки, а мы с радостью ухватились за возможность увидеть что-нибудь еще, кроме записей в дневниках.
Лукас вышел из кафе с картонной подставкой для напитков и протянул мне дымящийся стаканчик.
– Вот, это тебе.
– Спасибо. – Я отпила глоток. – Ты взял мне с корицей?
– Я помню, что ты ее любишь, – пожал он плечами.
Ну разумеется.
Лукас двинулся по улице, и я пристроилась рядом с ним:
– Все в порядке?
Он слабо улыбнулся:
– Если не считать того, что мы все едва не погибли, а потом устроили пожар в магазине?
– Мне кажется, ты на меня злишься.
Лукас вытащил из кармана свою монетку и несколько раз перевернул ее в пальцах, прежде чем ответить.
– Я не злюсь. Просто расстроен. Не думал, что Джареду с тобой что-то светит. Ты не из тех девиц, которые обычно на него западают.
Внутри у меня неприятно кольнуло.
И сколько их было, этих девиц?
Щеки у меня запылали. Я прибавила шагу, надеясь, что Лукас ничего не заметит.
– Кеннеди! – Лукас схватил меня за локоть и рванул назад с такой силой, что чуть не вывихнул руку.
Взревел автомобильный клаксон, взвизгнули шины.
Лукас втащил меня обратно на тротуар. Я с размаху уткнулась ему в грудь, и он обнял меня. На миг меня пронзил такой страх, что я не могла даже пошевельнуться. Потом Лукас осторожно отстранил меня и взглянул мне в лицо:
– Все в порядке?
Я кивнула, глядя, как кофе вытекает из стаканчиков на асфальт.
– Ну и придурок же я, – покачал головой Лукас. – Не нужно было ничего говорить.
– Ты не придурок.
Он убрал волосы с моего лица:
– Я просто не хочу, чтобы тебе было больно.
Я не смогла заставить себя взглянуть на него.
– Не волнуйся. Мне не будет.
Его серебряная монетка лежала на тротуаре. Я наклонилась подобрать ее и впервые за все время взглянула на нее повнимательнее.
– Она принадлежала моему отцу. Это единственная вещь, которую он отдал мне, а не Джареду.
