молчанием людей, которые остались от его команды.
Они все ещё не обнаружили такси. От этого зависело все. Они разобрались со всеми прочими линиями расследования – с декларациями на импортируемые грузы, с криминалистической частью. Ничто из этого не дало никаких улик. Остались только три такси, когда он наконец-то объявил, что на сегодня довольно, и сдал дела ночной смене. Велел позвонить в ту же секунду, как они найдут такси, в которое погрузили труп Норта.
То, что правильное такси окажется среди последних трех, было до такой степени статистически невероятным, что казалось невозможным. Но он не собирался сдаваться сейчас – лучше уж самому прыгнуть в Тайн.
Хотя Сид несколько часов назад пообещал Хасинте, что скоро будет дома и поможет упаковать вещи, он поехал в другую сторону, на Фалконер- стрит, и припарковался в северном конце. Замок на двери квартиры Йена выдал пурпурный сигнал, когда элка Сида послала запрос. Он хмуро посмотрел на маленькую панель и позвонил Йену напрямую.
– Я сейчас, подожди минутку, – ответил Йен.
Так что Сиду пришлось ждать на крыльце на холодном ветру и моросящем дожде. Наконец замок загорелся зелёным, и Сид толкнул дверь.
Он мог бы догадаться. У Йена в квартире была девушка – высокая, худая, лет двадцати с небольшим. Когда он ворвался, она надевала кроссовки в гостиной. Возмущение застряло в горле от неловкости.
– Прости, я не знал, – пробормотал он Йену, который стоял рядом с незнакомкой, одетый в банный халат. Сид с отвращением подумал, что она могла принять его за отца Йена, а не взрослого друга.
– Все в порядке, – сказал Йен. – Это Джойс.
– Приветик, – улыбнулась она.
Из спальни вышла другая девушка, застёгивая клетчатую фланелевую рубашку.
– А это Сэмми, – прибавил Йен.
Теперь Сид действительно ощутил себя старомодным папашей: он онемел и, да, самую малость позавидовал. Рискнув бросить взгляд на Йена, Сид увидел в глазах напарника горделивый блеск и понял, что Йен втайне всем этим доволен: он подтвердил свою репутацию первоклассного казановы, главного в участке.
– Здрасте, – сказал Сид, как истинный зануда.
Сэмми была совсем не такой щебетухой, как Джойс. Она угрюмо взглянула на Сида из-под беспорядочно падавших на лицо прядей и потянулась за курткой, которая лежала на полу. Полицейское чутье подсказывало, что она в дурном настроении не потому, что он их прервал, но скорее потому, что не прибыл раньше.
Йен поцеловал Джойс, которая охотно ответила.
– Я тебе позвоню, – сказал он Сэмми.
У девушки сердито и враждебно приподнялась верхняя губа, и она, толкнув дверь, вышла из гостиной. Джойс в последний раз поцеловала Йена, когда ботинки Сэмми затопали по ступенькам.
– Я с ней поговорю, – пообещала она и поспешила следом.
– Все в порядке? – спросил Сид.
Йен развязно улыбнулся.
– Да, друг; а ты что думаешь?
– Я думаю, Сэмми не очень-то довольна. – Он совсем не хотел вести такой разговор, в особенности этой ночью.
– Ну, ты понимаешь… это был у нее первый раз. Сам знаешь, как они себя ведут.
– Первый?.. – пролепетал Сид.
– Втроём, первый раз втроём.
– A-а. Понятно. – «И нет, ничего-то я не знаю».
– Пива?
Из всех людей полицейским уж точно не полагается пить за рулем. Но автопилот с лёгкостью мог отвезти его домой, просто медленно, аккуратно объезжая машины, которые ехали в ручном режиме.
– Конечно.
Йен открыл холодильник и вытащил две бутылки. Сид взял свою и рухнул на обычное место.
– Не могу поверить, что мы вчера так круто облажались, – сказал он.
– Последняя Миля – это лабиринт из каменного века. Торговцам нравится, что она такая, они рвут и жгут любую новую смартпыль, которую наносит город. Это с самого начала было рискованно.
– Ага, знаю. – Он вздохнул. – Я просто подумал – должно же нам когда-то повезти. Я не прошу многого. У нас ведь пока что ни хрена нет.
– Значит, зонный театр этим вечером ничего не дал?
