сбить нас со следа.
– Она уклонилась от ответа по поводу знакомства с Нортами-два, – заметил Сид. – Не отрицала его, но ответ был сформулирован двусмысленно.
– Да уж, мы знаем, чья это вина. – Йен открыл бутылку пива и передал Сиду.
– Ага. – Сид сделал глоток. – Я знаю, что ей полагался представитель, но «Раттиган, Эрнандес и Сингх»? Такого я не ожидал.
– Что ж, мы в курсе, кто все это устроил. Хрен по имени Борис.
Сид отсалютовал напарнику бутылкой.
– Прямо в точку, да-да.
– Как, черт возьми, придурок вроде него смог заполучить её? – возмутился Йен. – Она же красавица. Я никогда не видел такой прелестной девушки.
Ева и Сид обменялись понимающими взглядами.
– Одинаковое прошлое, и у него есть деньги, – сказала Ева. – Не такой уж исключительный случай. Забудь. Мы получили от нее все, что требовалось.
– Имя подлинного убийцы не помешало бы, – пробормотал Йен.
– Ты придираешься не к тем деталям, – сказала Ева. – Адвокатша и жених, конечно, засранцы, но только глянь, чего мы достигли. У нас есть место убийства. Если в этом деле и будет прорыв, то он случится благодаря криминалистам.
– Точно, – сказал Сид. – Знаете, ребята, я вами по-настоящему горжусь, всей командой, да-да. Нам достался абсолютный «глухарь», и мы его не бросили. Я и не ожидал, что мы продержимся больше недели, – и вот пожалуйста, у нас есть место убийства и команда чистильщиков.
– Но это, считай, наш потолок, – сказал Йен, – если оценивать вещи реально. Это корпоративная драка. Нам такое не расколоть. Была надежда, что Ральф вытянет из Эрни имя. Хрен его знает, что они делали с бедным говнюком, но, если бы ему было что-то известно, он бы признался. Это тупик.
– Нет. Я думаю, нам есть куда двигаться дальше, – сказал Сид. После утреннего открытия он весь день чувствовал себя очень уверенно. Теперь пришла пора им поделиться, и ему не терпелось.
– Не может она его любить, – продолжил Йен. – Не по-настоящему. Она слишком хороша для него. Она должна это понимать. Она может изменить свой выбор.
– Ага, – язвительно протянула Ева. – Босс, может, нам стоит подумать о том, что это не было случайностью? Что, если это корпоративное дерьмо связано с её работой?
– Сомневаюсь, что анализ распределения биойля имеет такое критичное значение.
– Она работает с закономерностями спроса и распределения. Разве картель один-одиннадцать был создан не для того, чтобы разрушить такие штуки?
Сид с трудом припомнил историю. Он видел транснетовые новости о картеле, когда учился в школе.
– Я думал, в тот раз производители вышвырнули с рынка спекулянтов.
– Но если наше дело корпоративное, то в его основе должен лежать биойль.
– Да. Наверное.
– Он её погубит, – сказал Йен. Он сидел на кухонной барной стойке, угрюмо уставившись на свои ноги. – Погубит такую девочку, это неправильно. Нельзя превращать кого-то вроде нее в корпоративную жену. Разве эта жизнь годится для нее?
– Йен, она не станет какой-нибудь трофейной женой, чтобы он смог хвастаться ею в гольф-клубе, понятно? Ты сам сказал, эта девушка себе на уме. Не переживай за нее.
– Что, если она не видит? Должен признать, он и впрямь гребаный обаяшка, этот сукин сын. Хватает одного взгляда, чтобы понять – трепаться умеет, двигаться умеет, и все такое. Вы же знаете, что они живут в кредит? Все эти банкиры. У них нет настоящих денег даже на вторичках. Они выживают за счет обещаний, которые не могут сдержать.
– Она знает, что мужчины лгут, – сказала Ева тоном, который свидетельствовал, что её чувство юмора скоро откажет. – Поверь мне, мы все это знаем.
– Да ну, ерунда. Он ей не пара.
– Йен! Давай об этом позже. У меня есть новость.
Ева и Йен уставились на Сида с таким удивлением, словно он выругался в церкви.
– Хасинта? – спросила Ева.
– Нет! Охренеть, хватит с меня двух детей. Нет, я про дело, про эту часть дела. Сегодня утром мне пришлось просмотреть записи из автомастерской Эрни ради Тилли. Я открыл твой визуальный лог, Ева.
– Мой?
