упала в постель и уснула в одно мгновение.
Сны не отступали, продолжали сниться. Яркие, обрывчатые, странные. В моей голове словно прокручивали короткие кинопленки. А я могла лишь бессильно наблюдать за мелькающими кадрами.
Сначала это был пожар.
Я находилась в горящем доме. Пламя трещало, лизало деревянные стены, подбираясь все ближе и ближе ко мне. Тени отплясывали сумасшедший танец, клубился дым, и в легкие забивалась едкая гарь. И где-то далеко слышались громкие крики и звон стали, ударяющихся друг об друга… А потом все стало черно-белым, закружилось, завертелось, и я вместе с дымом вылетела в крохотное окно, ветром взметнувшись к небесам. И полетела вниз горящей пламенем искрой…
Потом передо мной распростерлись бескрайние поля, над которым застыло марево.
Палящее солнце преодолело середину неба и медленно катилось к линии горизонта. Пахло разнотравьем, и слышался стук копыт.
Я неслась на коне, то и дело криком подстегивая его, и следом за мной скакали вооруженные люди в старинных одеждах, шлемах и кольчугах. Но если в прошлый раз, оказавшись на коне, я чувствовала тоску и ярость, то теперь – ненависть и острое желание отомстить.
«Я убью тебя», – билась в голове навязчивая мысль.
Над головой закричал орел, кругами парящий прямо над нами. И я вдруг увидела мир его глазами, а после вместе с выпавшим из его крыла пером упала вниз, переносясь в другое место: на старинную площадь, окруженную каменными строениями. В руке моей был меч, и я, полная решимости и все той же неутихающей ненависти, стояла напротив высокого мужчины в одежде воина. Лица его я не видела – его скрывал яркий свет. Но точно знала – я убью его. Отправлю к предкам. Отомщу. И богиня Мара, которой он тайком поклоняется, не поможет ему.
Я закричала – почти зарычала от ярости – и кинулась к нему, сжимая тяжелый меч.
Рана была смертельной. Пролилась кровь, и я, став одной из ее алых капель, упала на землю, впиталась в нее, растворяясь и несясь на огромной скорости сквозь гудящую вязкую черноту, похожую на колыхающееся желе.
А потом я проснулась, распахнула глаза, все еще слыша отголоски своего крика.
Дыхание было тяжелым, сердце учащенно стучало, а по виску стекала капля пота.
Я приподнялась, не понимая, что происходит, оперлась руками о слишком мягкую кровать и огляделась. По телу невидимой вязью пополз ледяной страх. Я находилась в
Затаив дыхание, я поднесла к лицу ладонь: широкую, с длинными пальцами, на одном из которых блестело знакомое до боли кольцо. И закричала от ужаса.
Я вновь стала Ярославом.
Меня опять заперли в его теле.
– Зачем так нервничать? – сказал чей-то мелодичный голос, и из тени в углу вышла Джульетта. При виде ее: бледной, одетой в белое длинное платье не по фигуре, слабо пахнущей причудливой смесью озона и земли, я замерла.
И тотчас вспомнила, что она – ведьма. Наверняка такая же, как та, которую мы с Ярославом встретили в лесном домике позапрошлой зимой.
Но стоило мне подумать об этом, как я совершенно забыла о случившемся.
– Я не такая. Все будет хорошо. Обещаю, – ласково сказала Джульетта. И вздохнула, обращаясь сама к себе: – Бедные дети. И глупый артефакт. Естественно, за столько лет он перестал нормально работать. Но пусть это поможет вашей любви, – прошептала она и сдунула с ладони лунный свет, который тотчас попал мне в легкие с очередным судорожным вздохом. Мною тотчас овладело желание уснуть, и я безвольно упала на кровать.
Я пыталась сопротивляться колдовству. Пыталась сказать что-то ведьме, спросить, что происходит, однако отчего-то не могла выговорить ни слова – мычала лишь что-то бессвязное чужим голосом. Джульетта смотрела на меня с сожалением и виноватой улыбкой. А после, перед тем, как я вновь провалилась в сон, растворилась в воздухе, оставив после себя мерцающие искры.
«Нет! Я не хочу так! Не хочу!» – крикнула я про себя и унеслась во мглу.
…И проснулась от того, что Дан тряс меня за плечо.
За окном уже разливался бледно-розовый рассвет, а солнце золотило крыши домов, беззвучно стучась в окна. Начинался новый день, полный света и осеннего медного тепла.
– Настя! Проснись, – говорил друг встревоженно. – Настя!
– Что такое? – сухими губами спросила я, испуганно глядя на друга. Дан отпустил меня и сел на кровать рядом.
– Ты кричала во сне, – сказал он тихо. – Напугала. Я никак не мог тебя разбудить.
– Извини, – тихо ответила я, садясь и чувствуя слабость в теле. Пора вставать. Нужно выпить кофе, зарядиться энергией и ехать на работу. Сегодня нужно провести лекцию, встретиться с научным руководителем и дописать отчет на кафедре. Но все эти позитивные мысли тотчас пропали, стоило мне
