Счастливы неимущие (Евангелие от Матвея)

В.: Спасибо. Следовательно…

О.: Прошу прощения. В 2001 году я мог догадываться об этом, то есть уже на основе того, что я с Бадри обсуждал. Но сказать, что это было с 1995 года или с 1994 года до 2001 года, чтобы я знал, что они, как здесь описывается, в сложной форме партнеры, я этого не знал. Но к 2001 году я, скорее всего, уже был в курсе, так как обсуждал некоторые дела с Бадри.

В.: А если вы не знали об их единых коммерческих интересах, то вы, наверное, и не знали тогда, проходили ваши платежи в интересах Березовского, или в интересах Патаркацишвили, или в интересах их обоих вместе?

О.: В основном платежи делали мы сами, мы использовали собственную инфраструктуру, поэтому я знал конечного получателя денег.

В.: А если получателем была, скажем, какая-то компания, юридическое лицо, названия которого вы даже не знали никогда, вы же не могли знать в то время — в адрес Березовского, или в адрес Патаркацишвили, или в адрес обоих шел ваш платеж?

О.: Если платежи шли на расчетный счет ОРТ, то я это видел. Если платежи шли в какие-то компании, Березовский оплатил, то я тоже это видел, то есть и наличные я передавал иногда Бадри, иногда ему. Но это всегда было по просьбе господина Березовского. То есть в основном господин Березовский или Бадри мне говорили, для чего эти деньги нужны. Это не было такое, что я всю сумму в начале года отправлял, они сами расходовали. По каждому платежу нужно было звонить либо мне, либо кому-то из моих сотрудников. После этого я давал указание: оплатить. С какого-то момента мы начали реализовывать эту программу. Мы договаривались о сумме, и потом уже Бадри мог звонить либо Марине, либо Жене, либо Андрею Городилову.

Судья Элизабет Глостер: Как эти просьбы о проведении платежей проходили? Они делались устно вам лично или в письменном виде приходили?

О.: В основном устно. Просто мне звонил Бадри, просил, что нужно оплатить куда-то, и присылал счет. Иногда счет приходил, потом звонил Бадри, вот так это выглядело. Иногда мне звонили, просили привезти пятьдесят тысяч долларов наличными в клуб «ЛогоВАЗ». И так это тоже было.

Судья Элизабет Глостер: Господин Березовский вам когда-нибудь звонил?

О.: Звонил, и довольно часто. Когда нужны были деньги, он, конечно, звонил.

Г-н Рабиновитц: Вы в своем ответе сказали, что у вас «не было никогда такого, чтобы вы все 50 миллионов сразу, допустим, отдавали». То есть вы хотите сказать, что вы договаривались, что будет оплачиваться какая-то определенная сумма, например, 50 миллионов, но сразу все эти 50 миллионов вы никогда не проплачивали?

О.: Мы практически всегда заранее договаривались, сколько будет выплачено в течение года. Иногда мы не могли выплатить всю эту сумму, поэтому сумма переходила на будущий год.

В.: Вы согласны с тем, что были обсуждения, вы договаривались о том, сколько будет платиться ежегодно в отношении каждого года?

О.: Это выглядело так. Приезжал Бадри ко мне, например, или мы встречались в клубе, обсуждали, что им нужно. Он думает, что нужно примерно вот столько. Потом по мере необходимости он представлял, куда платить, сколько, какими порциями. Иногда господин Березовский звонил мне напрямую, иногда Бадри звонил мне сам.

Судья Элизабет Глостер: Господин Рабиновитц, до перерыва я попросила бы вас сказать мне, где можно найти позицию вашего клиента относительно тех сумм, которые, как он утверждает, ему платились, потому что я не очень понимаю, в какой степени этот момент вызывает спор между двумя сторонами?

Г-н Рабиновитц: Я не уверен, что я могу сказать в отношении того, сколько положено каждый год. Что я пытаюсь понять от господина Абрамовича — это как раз есть ли у него очень четкое представление относительно того, сколько платилось каждый год.

Судья Элизабет Глостер: Я сама не очень понимаю. Где область спора между сторонами в отношении сумм платежей? То есть вы подумайте об этом, пожалуйста, и доложите мне.

Г-н Рабиновитц: Я подумаю, я могу вам сказать, что у нас нигде не прописаны какие-то общие суммы, которые мы получили.

Г-н Сампшн: Это не совсем правильно. Эти суммы были представлены французским следователем, и они основывались на показаниях, которые в письменном виде представлялись, например, госпожой Гончаровой или господином Абрамовичем в нашем процессе. И господин Березовский передал это. Следователь французский сказал, что это правильные цифры. Более того, в ходе перекрестного допроса он не говорил, хотя его об этом и спрашивали, что эти реальные цифры были больше этих цифр или ниже этих цифр. Действительно, нигде в документах или свидетельских показаниях господин Березовский не соглашался с этим. Но у нас было впечатление, что спора на самом деле в этом нет.

Судья Элизабет Глостер: Я вот это и пытаюсь понять.

Г-н Сампшн: То есть спор относительно 1995 года, но в отношении последующих годов спора нет.

Судья Элизабет Глостер: Господин Рабиновитц, именно поэтому я и хотела бы узнать, какова сфера спора между двумя сторонами, помимо этих тридцати миллионов в 1995 году.

Г-н Рабиновитц: Я сейчас просто прокомментирую.

Судья Элизабет Глостер: А какая цифра по 1995 году? 30 или 16?