Счастливы неимущие (Евангелие от Матвея)

Судья Элизабет Глостер: Но он не согласен с самой вашей предпосылкой. Вы хотите что-то добавить, господин Абрамович?

О.: Я не согласен с самой предпосылкой.

Г-н Рабиновитц: Тогда попрошу вас 468-ю рамочку посмотреть. Патаркацишвили на самом деле говорит, что было возможно для него и Березовского получить интерес «Сибнефти», даже если они не будут зарегистрированы в качестве акционеров. Он говорит: «Мы можем другое. Мы можем другой вариант предложить. Там вариант такой, что вместо нас будет участвовать банк». Вы видите — здесь написано?

О.: Вижу.

В.: Дальше Березовский говорит: «…которому мы доверим управление». Видите это?

О.: Вижу.

В.: На самом деле, может быть, они этого и не знали, но на самом деле они предлагали то, что вы и так для себя уже создали. А именно, использовать западный банк в качестве номинального акционера, номинального держателя акций. Разве это неправильно?

О.: Я должен на первый вопрос ответить или на второй?

В.: Ну если хотите разделить на две части. На самом деле тут, по-моему, нет двух вопросов. Вы использовали для себя западный банк в качестве номинального держателя акций, номинального акционера.

О.: Я, правда, не знал об этом, но я использовал.

В.: Ну, соответственно, тогда не было причин, почему бы то же самое для них нельзя было сделать, потому что они именно это и предлагали.

О.: Ну я был акционером, а они акционерами не были.

В.: Ну вот тут придется не согласиться, господин Абрамович. Тогда посмотрите, пожалуйста, то, что вы сказали в ответ на постановку вопроса Бадри Патаркацишвили. Ясно, что вы говорите о владении пакетом в 44 % акций. Я правильно понимаю?

О.: Такое предположение можно сделать. Тут 40 написано.

В.: Тут написано пакетом в 44 процента: «Я говорю… держатель… 44 процента…» То есть вы согласитесь, господин Абрамович, что если Березовский прав, и Патаркацишвили, и он имели действительно половину от ваших 88 %, то 44 % — это была бы как раз ровно та доля, на которую они имели право.

О.: Нет, не согласен, у них никогда не было 44 %, поэтому… из этого пункта вообще никакой вывод нельзя сделать, очень тяжело его прочитать, поскольку много цифр, и если сложить все, то получится больше чем 100 %. До этого я, по-моему, когда я избирался депутатом, или, может быть, даже губернатором, я провел пресс-конференцию, или было интервью, по-моему, газете «Ведомости», где я рассказал, как я владел акциями, как я их контролировал. И вот он предлагал — на основании того, что я рассказал, — попробовать сделать так, чтобы ему было удобно получить деньги.

В.: Да, но в своих комментариях вы совершенно не говорите о 44 %, хотя господин Березовский в своих комментариях это выделил.

О.: Вопрос какой?

Судья Элизабет Глостер: Господин Абрамович, помогите мне, пожалуйста. Вы говорите, что: «…примерно половина из этого находилась под моим контролем, а другая половина под контролем менеджмента». Что вы здесь имели в виду, когда так писали?

О.: Я никогда не хотел говорить публично, что я владею всеми акциями «Сибнефти», и поэтому мы разработали фразу, которая описывает ситуацию, но при этом ясности не дает. И мы всегда говорили, что я контролирую половину компании, а половину контролирует менеджмент. Это инвесторов устраивало, и меня тоже.

Судья Элизабет Глостер: Но это не соответствовало реальности. Это неправильно было, да?

О.: Контроль был на самом деле такой. Менеджмент компании контролировал компании, которые управляли «Сибнефтью», но конечным бенефициаром был я.

Г-н Рабиновитц: Вот здесь вы продолжаете объяснять господину Березовскому практические причины того, почему, по вашим словам, нельзя формально зарегистрировать его интерес в «Сибнефти». Как вы пишете, если это сделать, то дивиденды будут облагаться налогами в России и деньги тогда останутся в России.

О.: Это не совсем так. Я говорю, что если дивиденды получать в России, то тогда придется платить налоги. Дальше я говорю, что в западный банк они тогда попасть не смогут.

В.: Да, но вы говорите о Березовском здесь, правильно ведь?

О.: А это вся беседа про Березовского. Эта вся беседа, как сделать так, чтобы он мог получить деньги, мы только это и обсуждаем.

В.: Но если посмотреть с 477 по 484-й пункт, вы снова перечисляете проблемы, трудности, связанные с тем, чтобы структурировать все так и организовать все так, как этого хотят от вас Патаркацишвили и Березовский. Вы видите это?

О.: Я вижу, что мы вместе пытаемся решить задачу, которая перед нами стоит. Сделать так, чтобы господин Березовский, оказавшись за границей, мог получить деньги. Один из инструментов, которые мы обсуждаем, — это акции. А в конце дня мы, по-моему, акции «Руала» использовали для того, чтоб он мог получить деньги…