того как офицер вышел через Зеркальные двери, которые слуга поспешно распахнул перед ним, процессия двинулась дальше по коридору Тика, вверх по Зеленой лестнице, в комнату с семью стенами, где его величество больше всего любил вести подобные разговоры. Офицер открыл дверь в комнату и, убедившись, что там никого нет, отступил в сторону, пропуская его величество и премьер-министра, затем аккуратно затворил дверь и встал на страже.
Его величество уселся в свое любимое кресло – с толстой золотистой обивкой и маленькой скамеечкой для ног – и жестом предложил Джурабину присесть. Когда премьер-министр опустился на стул с прямой спинкой напротив его величества, последний без всяких предисловий спросил:
– Что вы делаете для улучшения финансового положения Империи, Джурабин?
– Сир, – ответил, слегка смутившись, Джурабин, – я делаю все, что в моих силах.
– И что именно?
– Не проходит и дня, чтобы я не пытался изыскать возможности для новой экономии. Сегодня, например...
– Новой экономии, Джурабин? И это все, на что вы способны?
– Да, сир, до Встречи провинций...
– Ах да, Встреча... от которой сейчас отказался еще один участник. Джурабин, если она вообще состоится, то принцы и делегаты появятся в Драгейре в течение ближайшей недели.
– Возможно, сир, – кивнул Джурабин.
Несмотря на то, что его несколько удивил неожиданный интерес его величества к проблемам государства, премьер-министр не выглядел особенно встревоженным из-за присутствия или отсутствия принцев или делегатов.
Его величество нетерпеливо передернул плечами:
– Следовательно, вы не считаете, что такое количество отказов прибыть на Встречу является очевидным признаком заговора?
Джурабин поднял голову:
– Есть некоторое ощущение, сир. Но иногда нам кажется, будто кто-то готовит рыбу, а на самом деле мы лишь находимся на берегу океана.
– Обычно мне легко определить, нахожусь ли я на берегу океана, – заметил его величество.
– Каким образом, сир?
– Когда я чувствую, что у меня промокли ноги.
Джурабин склонил голову перед остроумным ответом его величества и спросил:
– Сир, а сейчас у вас мокрые ноги?
– Если вокруг меня и зреет заговор, Джурабин, то я его не вижу.
– Быть может, это вовсе не заговор, сир, – предположил премьер-министр, – во всяком случае, не среди нас или принцев.
– В самом деле?
– Может быть.
– Значит, вы все-таки не исключаете возможности?
– Я не это имел в виду, сир.
– А что же тогда вы имеете в виду?
– Если говорить прямо...
– О Боги! – вышел из себя его величество. – Уже давно пришло время говорить прямо!
– Я полагаю, многие делегаты боятся прибыть во дворец.
– Боятся? – вскричал император. – Неужели Сенниа, леди дзур, чего-то боится?
Джурабин пожал плечами:
– Дзуры проявляют храбрость, когда им предстоит сражение, сир. Однако многие из них пасуют перед менее явными опасностями – в особенности когда они их не понимают.
– Менее явные опасности? Объясните же наконец! Вы считаете, они боятся меня?
– Не вас, сир, скорее друг друга.
– Джурабин, должен признаться, я по-прежнему ничего не понимаю.
– Значит, мне следует объяснить?
– Осколки и черепки, вот уже целый час я вас ни о чем другом и не прошу!
– Что ж, вот как я вижу ситуацию.
– Продолжайте. Я весь внимание.
– Сир, по традиции принцам было предложено определить денежное пособие на императорские расходы для следующей фазы, которая начнется менее чем через пятьдесят лет.
– Я предпочитаю, – заметил император, – термин «императорский налог».
