Поколение пустыни. Москва — Вильно — Тель-Авив — Иерусалим

У ключа

В дымке прозрачной тумана
Блещет струя Иордана,
     Горы дымятся Моаба,
Искрится Мёртвое море,
Тихо в безлюдном просторе,
     Изредка встретишь араба…

Путь мой в Бетанию долог…
Неба раскинулся полог,
     Знойный, прозрачный, бездонный…
Горная вьётся тропинка,
Сходит по ней бедуинка;
     Ключ под горою студёный.

Тихо идет по безлюдью
С гордой высокою грудью;
     Строен и трепетно гибок
Стан иудейской газели.
Блещут на кудрях, на теле
     Волны дрожащих улыбок…

На голове её джара;
Нежная смуглость загара
     Дышит весной пробуждённой…
Воздух застыл, не колебля
В поле ни травки, ни стебля,
     Будто он ждёт затаённо…

Льётся хрустальная влага,
Вьётся по камням оврага,
     Звонкие падают капли…
Вдруг — голоса в отдаленье,
Чье-то гортанное пенье…
     Едут… Кто там? Не араб ли?
Края далёкого люди
Мчится один на верблюде,
     Девушка смотрит без страха…
Близко подъехал к ней воин…
Громко воды ключевой он
     Просит во имя Аллаха.