S. M. Eisenstein. Dessins secrets. Paris, Editions du Seuil, 1999.

188

Почему часть так называемой советской интеллигенции, особенно те, кто был прозван «попутчиками», активно использовали матерную лексику? Близость к народу часто обнаруживалась «правильным» матерным оборотом, упрощением и доходчивостью сказанного. Вероятно, это особенно было трудно для Э., поскольку он всегда был пай-мальчиком и был лишен той важной и характерной черты советско-сталинской народности — умения правильно (естественно) пользоваться матерными словами. Помню встречу Нового года в Доме кино (на улице Герцена), мне девятнадцать лет, и я случайно попадаю к праздничному столу, за которым собрались тогда очень известные люди искусства. Отмечался выход фильма «Свет далекой звезды» — во главе стола кинорежиссер Иван Пырьев, который что-то обсуждает с Э. Быстрицкой, причем активно используя матерную лексику. Я был страшно смущен, между тем актриса непринужденно поддерживала разговор, словно не замечая пырьевского говора. Впрочем, и все другие члены съемочной группы внимали ходу беседы без какой-либо заметной реакции.

189

Антонен Арто. Гелиогабал. Москва. Митин журнал, Kolonna Publications, 2006. С. 104–105.

190

Сегодня, уже по прошествии столько времени (и зная все трудности овладения материалом эпохи Возрождения в то время, когда Бахтин только начинал работать над книгой), нельзя, конечно, придерживаться слишком «строгих» требований. Хотя стоит все-таки отметить, что разведение смеха и страха (серьезности) далеко не соответствует, как мы теперь знаем, реальному положению дел в то время. Во всяком случае, крупнейшие европейские историки не раз указывали, что не все выводы Бахтина исторически верны, что в его работе наличествует несколько предвзятая идейная позиция (Жан Делюмо. Грех и страх. Формирование чувства вины в цивилизации Запада (XIII–XVIII века). Екатеринбург, Издательство Уральского университета, 2003. С. 165–167).

191

М. М. Бахтин. Творчество Франсуа Рабле и народная культура Средневековья и Ренессанса. Москва, «Художественная литература», 1965. С. 101–103.

192

В основе контролируемого клиром образа тела, по мнению Бахтина, «лежит индивидуальная и строго отграниченная масса тела, его массивный и глухой фасад. Глухая поверхность, равнина тела, приобретает ведущее значение, как граница замкнутой и не сливающейся с другими телами и с миром индивидуальности». (Бахтин М. Собрание сочинений. Том 4 /1. С. 317.)

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату