Она ждала ответа, ощущая тот же непрошеный прилив сексуального возбуждения.
— Люди, многие люди будут служить им жертвоприношениями и танцами. Поклонников будет становиться больше и больше по мере того, как боги будут проявлять себя все активнее.
— Воображаю, как это будет выглядеть, — сказала Мими уклончиво.
— Вы же видели «Десять заповедей»? Картину крутят каждый год на Рождество.
— Видела, конечно. Чарлтон Хестон лезет на гору за священными свитками.
— Это не то, про что я подумал. Помните сцену, когда дети Израиля поклоняются золотому тельцу?
— О да. Шокирует.
— Возможно. Но и возбуждает, не правда ли?
Кадры из фильма вспыхнули в памяти, и Мими воскликнула:
— Я бы никогда на такое не согласилась!
— Вы могли бы быть жрицей во главе церемонии.
Она уставилась на него не мигая. Неужели он прочел ее мысли? Или в подобных фантазиях нет, в сущности, ничего необычного?
— Я? — удивилась она с неуверенным смешком. — По-вашему, я способна на это?
— Сами знаете, что да. Я видел вас танцующей, Мими. У вас удивительное чувство ритма. Лицо, фигура — все при вас. Вы могли бы стать великолепной жрицей.
Она запнулась, прежде чем продолжить мысль:
— Но эти языческие жрицы творили ужасные вещи!
Сэмми также ответил не сразу, тщательно подбирая слова:
— Если боги живут во плоти и если они впрямь чего-то хотят, так чему тут ужасаться? — Она смотрела на него во все глаза, щеки ее пылали. — И суть в том, что мы едва-едва сделали первые шаги. Все только зарождается, и сегодня возможны любые нововведения.
— Вы сказали «мы». Кто — мы?
— Я участник этого предприятия с самого начала. И вы тоже могли бы стать участницей, Мими. Если захотите.
— Не предлагаете же вы мне… Или вы всерьез?
Сэмми пригляделся к ней пристально. У нее дрожали пальцы. Она всегда догадывалась, что он проявляет к ней интерес, но младший маклер, кожа да кости, — ей-то что за выгода? Теперь он, однако, переменился, словно зарядился энергией этих странных богов.
Положив на столик двадцатидолларовую бумажку, Сэмми встал и подал ей руку.
— Здесь слишком шумно. Пойдем куда-нибудь, где можно поговорить без помех. Вам уготовано блестящее будущее, Мими. Вы можете стать для НОВТРЕЗАБа воистину незаменимой.
Она послушно пошла за ним к машине и даже не спросила, куда они едут. Накатило чувство, что перед ней раскрываются новые горизонты. Это пугало — но и завораживало, и даже очень.
Часть II
Глава 18
Сделаем отступление, которое, как вскоре выяснится, будет иметь для нашего повествования огромное значение.
В то время, как с Артуром случилось то, что случилось, во Вселенной все шло себе спокойненько своим чередом. И вдруг она ощутила острую боль, обязанную своим возникновением сигналу, который Артур подал, сам того не ведая.
Какому сигналу? — спросите вы. Знайте, что когда смертные вступают в контакт с Божьим царством, Вселенная откликается на это маловероятное событие самым обычным из всех возможных способов — болью. Боль есть признак предполагаемого нарушения установленного хода вещей и их последовательности.
Вселенная усвоила, что к таким сигналам надо прислушиваться. И в порядке самозащиты создала существо, призванное озаботиться возникшей проблемой. Она создала Астураса, бога высшей категории, с единственной задачей — выяснить, в чем дело, что не так, и как-нибудь выправить
