— Кто ты? — спросила Летайа.
— Ариман.
— Никогда о тебе не слышала.
— Я брат Астураса.
— Меня не предупреждали о том, что ты пожалуешь.
— Я и сам этого не знал, — ответил Ариман.
Ариман решил, что Летайа красива, и сказал ей об этом. Она велела ему отцепиться. Тогда он в одиночестве отправился на выгон, где паслись коровы, присел на камень и тяжко задумался.
Не успел родиться — и уже столкнулся с проблемой: ведь родился-то он, увы, вторым. Он мучился ревностью — Астурасу, первенцу, определенно отводилась важная роль в делах Вселенной. А ему, Ариману, суждено остаться ничтожеством, нулем, аномалией, ошибкой, побочным порождением хаоса и случайности.
И он не просто рожден вторым — ему неведомо, зачем он рожден.
Понятно, что надо поставить перед собой какую-то значительную цель. Вот только какую?
Ему абсолютно не хочется служить человечеству. И другие боги его не интересуют. А на судьбу Вселенной так и вообще наплевать. Единственное, на что не наплевать, — неохота быть вторым в гонке, в которой участвуют всего двое.
Необходимо сделать что-то решительное — но что можно сделать? И не уходило неприятное чувство: что бы он ни надумал, результат окажется дрянным, отвратительным, отталкивающим, зловонным, да просто противным.
Тем не менее сделать что-то необходимо. Однако что?
Он сидел на камне и думал. Шло время. Одна корова отделилась от стада и подошла поближе.
— Привет, корова! — произнес Ариман. Корова смерила его равнодушным взглядом и продолжала пощипывать травку. — Я ведь знаю твой язык, — провозгласил он по-коровьи. — Мы можем подружиться.
— Сильно сомневаюсь, — ответила корова.
— Ты, очевидно, корова особенная, — продолжал Ариман. — Ты не могла бы подать мне знак?
— Какой еще знак?
— Ну хотя бы рассказать мне, что делать дальше. — Помолчав, он добавил с надеждой: — Может, мои планы связаны с Летайей?
— И думать забудь, — изрекла корова. — У тебя есть дела поважнее, чем волочиться за женой брата.
— Знаю, что меня ждут какие-то важные дела. Но какие?
— Меня не спрашивай, — заявила корова.
— Кого же тогда?
— Почему бы тебе не обратиться к таинственной леди по ту сторону холма?
Обойдя холм, Ариман увидел женщину с виноградными листьями в волосах. Женщина разглядывала себя в ручном зеркальце.
— Привет, — сказал Ариман.
— И тебе привет, — отозвалась женщина.
— Ты часто сюда приходишь?
— Я здесь в первый раз.
— И это имеет отношение ко мне, да?
— Да, — подтвердила она.
— Кто ты?
— Персонифицированная проекция грядущей Вселенной.
— А что, будет новая Вселенная?
— Может, и нет. Твой брат изо всех сил старается сохранить старую, которая давно исчерпала свою полезность и изжила себя, но отказывается исчезнуть подобру-поздорову.
— Ох ты! — воскликнул Ариман. — Серьезное дело!
— Да, очень серьезное.
— Могу я чем-нибудь помочь?
— Давай для начала, — заявила женщина, — определим твое положение. Ты ищешь, какому делу посвятить себя, чтоб обрести цель, а с ней и силу, и оспорить превосходство своего брата. Права я или нет?
