— Они всегда начинают с таких фокусов.
— Что вы предлагаете? — спросила Эстелла. — Может, нам следует подождать?
Стиччини подошел к окну, раздвинул занавески на дюйм и снова посмотрел на музыкантов. Подойдя к двери, он открыл замок, быстро выглянул наружу и снова закрыл дверь.
— Нет, — сказал он, — лучше не ждать. Им только того и надо.
— А что они могут сделать, пока мы остаемся в номере? — спросил Торнтон.
— Многое. Если бы эта маленькая проблема была поставлена передо мной, то я разрешил бы ее в пять минут. Мне нужна другая комната, и под чужим именем. Насколько я знаю, этот номер прослушивается.
— С записью на магнитофон?
— Какой дурак будет связываться с магнитофоном? Они больше думают о бомбах. Вы знаете, как пользоваться пушкой, которую вы носите в кармане?
— Знаю, — ответил Торнтон. — Но я по-прежнему считаю, что вы преувеличиваете опасность.
— Надеюсь, что это так. — Стиччини снова попробовал дозвониться по телефону, но аппарат по-прежнему молчал. Вынув пистолет из кармана, Стиччини взвел курок до конца. Взяв со стола газету, он завернул в нее оружие. — Ладно, — сказал он, — полагаю, я готов.
Торнтон подумал, что это было бы смешно, если бы не сегодняшнее происшествие с грузовиком. Но даже это воспоминание не помогло ему полностью поверить Стиччини. Лицо Эстеллы было спокойным. Стиччини, казалось, собирался с духом. Потом сказал:
— Если вы увидите, что что-то не так, быстро смывайтесь. Но не думаю, чтобы они решились на что-нибудь прямо сейчас.
Он приоткрыл дверь и осмотрел коридор. Потом вышел наружу, держа в левой руке завернутый в газету пистолет.
— Ладно, можете выходить, — сказал Стиччини голосом бравого офицера из телефильма про войну.
Он пошел впереди них по коридору. Перед каждым поворотом он останавливался и осторожно заглядывал за угол, прежде чем выйти. Когда они дошли до лестницы, он остановился и посмотрел вверх и вниз. На каждой площадке он задерживался, чтобы прислушаться, затем шел дальше. К тому времени, когда они спустились в вестибюль, Торнтон решил, что Стиччини надо было податься не в бандиты, а в актеры.
В вестибюле было немного народу — человек восемь. Группа туристов толпилась у доски объявлений, споря, в какой ночной клуб пойти. За столиком в углу два пожилых человека играли в шашки.
Стиччини подошел к стойке портье, зарегистрировался и попросил номер с окнами во двор. Портье взял деньги и дал ему ключи от номера на третьем этаже. Стиччини спросил:
— А что у вас с телефонами?
— Часа через два все будет в порядке, — ответил портье. — Мы вызвали монтера, но он еще не пришел.
— Понятно, — сказал Стиччини. — Видите ли, я хочу, чтобы еду доставляли мне в номер. Это можно устроить?
— Конечно, сэр.
— Хорошо, позаботьтесь об этом. — Стиччини обернулся к Торнтону:
— Наверное, я сейчас поднимусь в номер и осмотрю его. Думаю, это может решить проблему.
Он направился к лестнице. Там ему пришлось подождать — по лестнице спускались четыре бизнесмена в белых тропических костюмах. Они о чем-то ожесточенно спорили по-испански. Пройдя вплотную к Стиччини, они вышли в вестибюль.
Стиччини пошел наверх. Потом вдруг остановился и обернулся. Лицо его стало изжелта-бледным и на какой-то миг застыло, как маска. Потом он выкрикнул что-то, уронил пистолет и газету и судорожно сунул руку в карман.
Торнтон и Эстелла, стоявшие в пятнадцати футах от лестницы, смотрели на него. Потом Торнтон осознал, что же именно выкрикнул Стиччини. Он схватил Эстеллу за руку и бросился бежать.
Четверо бизнесменов уже вышли из отеля. Стиччини удалось наполовину извлечь из кармана какой-то предмет. Но больше он не успел сделать ничего.
Взрыв прозвучал приглушенно, но воздушная волна едва не сбила Торнтона с ног.
Глава 21
Капитан полиции был молод, не старше двадцати семи или двадцати восьми лет, и красив какой-то сумрачной красотой. У него были маленькие, тщательно подстриженные усики, благородный лоб, тяжелые веки и правильных очертаний губы. Свою форму цвета хаки он носил с оттенком щегольства. Глядя на него, Торнтон сравнивал его с молодым Игнатием Лойолой. В этом человеке не к чему было придраться — разве что к его самоуверенности. Но и
