Глава 4
— Они здесь, — доложил сержант.
— Отлично, пусть заходят, — сказал Гастингс. Сержант отдал честь и вышел.
Лесли Гастингс исполнял обязанности начальника полиции Эль-Фашера. Это был красивый стройный молодой человек с вьющимися светлыми волосами и голубыми глазами — внешность субалтерн-офицера из Британской Индии. Для полноты картины не хватало лишь усов и компании гурков. Непосредственный начальник Гастингса месяц назад угодил в больницу с множественными переломами: его автомобиль столкнулся с автобусом, у которого не было тормозов. Это происшествие выдвинуло Гастингса в начальники полиции и сделало его ответственным за поддержание закона и порядка в районе от Генейны до Эмм-Бела и от Умм-Лахаи в Сахаре до Мумаллаха на границе с Бахр-эль-Газалем. Под его управлением оказалась территория размером с Данию. Это не особо беспокоило Гастингса: Судан вообще был в десять раз больше Великобритании и лишь ненамного меньше всей Западной Европы. Новому начальнику полиции было двадцать семь лет.
Сержант вернулся и привел с собой восемь человек, которые были знакомы с покойным. Гастингс уже вкратце побеседовал с ними вчера вечером, вскоре после убийства ван Хаарнина. Начальник полиции просмотрел список: Харкнесс, Отт, Мак-Кью, Эберхардт, Рибейра, Эчеверрья, Прокопулос, Харит — из Великобритании, Южной Родезии, Америки, Германии, Парагвая, Греции и Саудовской Аравии соответственно. Интересная подборка. Гастингс попросил прибывших показать документы.
Начальник полиции нарочито медленно проверял паспорта путешественников, надеясь, что кто-нибудь из них занервничает. Но все веди себя совершенно спокойно, и документы их — по крайней мере, на первый взгляд — были в порядке. Гастингс задумался. Он никогда не слышал о майоре Харкнессе, который, судя по документам, провел шесть лет в Малакале и два года в Води-Халфе. Конечно, всех офицеров не упомнишь, но надо будет проверить. Немец-археолог явно был чокнутым, а что касается греческого торговца, Гастингс готов был спорить на месячное жалованье, что тому уже доводилось попадать в полицейские сводки. С американским инженером, похоже, все было в порядке, так же, как с родезийцем. Парагвайцы выглядели как офицеры в высоких чинах, вероятно, один несколько старше другого по званию.
А Мустафа ибн-Харит определенно был работорговцем. Ну и странная же компашка! Впрочем, и не такое встречается. Если найти правильный подход, можно получить очень любопытные результаты.
— Благодарю вас, — сказал Гастингс, возвращая документы. — Думаю, мы быстро обсудим сложившуюся ситуацию. Не был ли кто-нибудь из вас близко знаком с мистером ван Хаарнином?
Несколько мгновений все молчали, потом майор Харкнесс произнес:
— Полагаю, никто из нас его особо не знал. Насколько мне известно, все мы впервые встретились в Форт-Лами.
— Совершенно верно, — поддержал его Рибейра. — Мы вместе едем в Хартум.
Гастингс подождал, но никто больше ничего не добавил. Тогда Гастингс обратился к инженеру:
— Мистер Мак-Кью, полагаю, вы были последним из этой группы, кто видел ван Хаарнина живым?
— Видимо, да, — сказал Мак-Кью. — Мы вместе гуляли по базару. Насколько я могу судить, его убили почти сразу же после того, как я ушел.
— Совершенно верно, сэр. А почему вы оставили его одного?
— За мной пришел посыльный, — сказал Мак-Кью. — Он взял такси и сказал, что в отеле меня ждет какая-то важная телеграмма. Я предложил ван Хаарнину подвезти его.
— И почему он не согласился?
— Мне кажется, ему просто еще не хотелось возвращаться в отель. Он сказал, что никогда не ездит в арабских такси после наступления темноты, и посоветовал мне быть начеку.
— Он намекал на какую-то определенную опасность?
— Мне так не показалось. Скорее он просто высказал свое предубеждение насчет таких такси.
— Но вы пренебрегли его предупреждением.
— Я особо не волновался, — сказал Мак-Кью. — Я вооружен. Пистолет тридцать восьмого калибра, все бумаги в порядке.
— Здесь много оружия, — сказал Гастингс.
— По-моему, не так уж много, — возразил Мак-Кью. — Тридцать второй калибр — это несерьезно, хлопушка какая-то. Для мест, в которые меня отправляет моя компания, наиболее уместен тридцать восьмой калибр.
— Понятно. И вы считаете нужным носить пистолет при себе, когда путешествуете по Африке?
— Именно так я и считаю, — сказал Мак-Кью. — А в чем, собственно, дело? Вы что, думаете, что я потихоньку вернулся обратно и зарезал ван Хаарнина?
— Ну что вы, нет, конечно. Я просто пытаюсь выяснить кое-что о людях, с которыми был знаком ван Хаарнин. Мы понятия не имеем, почему его
