опытные демоны прилагают огромные усилия, чтобы человеческое обличье отвечало их идеалу.
Фрике молча наблюдал, как Аззи сначала чертил каббалистические знаки, потом зажег свечи.
— Илит! — нараспев произнес Аззи, скрестив лапы на груди и преклонив колени; такая поза хозяина ужасно не понравилась Фрике. — Приди ко мне, Илит!
Фрике заметил, что в центре пентаграммы началось какое — то движение. Из пламени свечей вылетели спиральные столбы цветного дыма. Они как бы танцевали, то опускаясь почти до свечи, то поднимаясь высоко вверх, потом наклонились друг к другу, брызнули яркими искрами и материализовались.
— Илит! — воскликнул Аззи.
Увы, это оказалась не Илит. Существо в пентаграмме было женщиной, но этим все сходство с Илит, как ее помнил Аззи, и ограничивалось. В центре каббалистической фигуры стояло малорослое толстое существо, по — видимому, женского пола, с оранжевыми волосами и носом крючком.
Существо скрестило руки на груди и недовольно смотрело на Аззи.
— Что тебе надо? — строго спросило существо. — Ты вызвал меня как раз в тот момент, когда я собиралась идти на шабаш. Если бы тебе не удалось захватить меня врасплох, я бы отменила твое заклинание. Кстати, в любом случае оно было составлено неверно.
— Так ты не Илит?
— Меня зовут Милит, — ответила ведьма.
— Из Афин?
— Из Копенгагена.
— Прошу прощения, — сказал Аззи. — Я хотел вызвать Илит из Афин. Должно быть, что — то напутали в коммутаторе духов.
Милит презрительно фыркнула, стерла одну из на писанных Аззи древнееврейских букв и вписала другую.
— У тебя неправильный номер коммутатора. Итак, если мы все выяснили…
— Я с удовольствием верну тебя назад, в твой дом, — сказал Аззи.
— Это я сделаю сама, — возразила Милит. — Неизвестно, куда меня занесет твое очередное заклинание!
Она взмахнула руками и исчезла.
— Нехорошо получилось, — пробормотал Аззи.
— Хозяин, получилось просто потрясающе! — не согласился Фрике. — Удивительно, как тебе вообще что — то удалось. Мой предыдущий господин, демон Тродеус, по субботам совсем никого не мог вызвать.
— Как ты думаешь, почему? — спросил Аззи.
— Прежде он был правоверным раввином, — объяснил Фрике.
Аззи повторил заклинание. Опять в центре пентаграммы слились столбы цветного дыма. Когда дым материализовался, на этот раз в пентаграмме оказалось не злющее маленькое существо с оранжевыми волосами, а высокая ведьма — брюнетка очень привлекательной наружности в короткой ночной рубашке.
— Илит! — воскликнул Аззи.
— Кто это? — недоуменно спросила ведьмочка, потирая лапками глаза. — Аззи? Это действительно ты? Дорогой мой, тебе следовало бы сначала предупредить меня, послать гонца… Я спала.
— И в такой одежде вы спите? — поинтересовался Аззи, обходя вокруг ведьмы и сквозь прозрачную персикового цвета ткань разглядывая ее высокие, большие груди и розовую попку.
— В Византии короткие ночные рубашки — последний крик моды, — объяснила Илит. — Не думаю, что эта мода привьется в Европе. Во всяком случае не в ближайшее время. — Она вышла из пентаграммы. — Я очень рада видеть тебя, Аззи, однако мне в самом деле нужно одеться приличнее.
— Я помню, когда на тебе было еще меньше одежды, — заметил Аззи.
— Да, но сейчас другое время. К тому же твой неотесанный слуга уставился на меня!.. Аззи, мне нужен мой гардероб!
— Раз нужен, значит, будет, — сказал Аззи и крикнул: — Фрике!
— Что, хозяин?
— Встань в пентаграмму.
— Хозяин, может быть…
— Не может. Делай, что приказано.
Недовольно ворча, Фрике поковылял в центр пентаграммы.
— Я посылаю тебя в Афины. Возьмешь столько одежды этой дамы, сколько унесешь в руках. Через несколько минут я тебя возвращу.
— В прихожей лежит темно — синее платье с отделанным мехом воротником. То самое, у которого рукава в три четверти, — объяснила Илит. — Не забудь, обязательно захвати его! А в шкафчике возле кухни…
