— Да, хочу, — сказал Кармоди.
— Не могу поверить, что вы на самом деле хотите этого. Тут налицо этический императив. Человек может действовать вопреки своим интересам, но машина не может допустить такую степень извращенности.
— Перестаньте! Не стойте у меня за спиной! Вы совсем меня зажали.
— Зажал вас? Дорогой Кармоди, разве я принуждал вас? Да я ведь только советовал.
— Возможно. Но вы чересчур много говорите.
— Может, и много, но, боюсь, недостаточно, — сказал Беллуэзер. — Судя по результатам.
— Вы чересчур много говорите, — повторил Кармоди и зажег очередную сигарету.
— Это уже четвертая за пять минут.
Кармоди открыл было рот, чтобы выругаться как следует, но передумал и пошел прочь.
— А это что? — спросил он.
— Автомат. Выдает сладости, — ответил Беллуэзер.
— С виду не похож.
— И все же это так. Я модифицировал проект силосной башни Сааринена. Уменьшил, конечно, и…
— Все равно на автомат не похоже. Как он работает?
— Очень просто. Нажмите на красную кнопку. Подождите немного. Теперь опустите вниз этот рычажок в ряду «А». И нажмите на зеленую кнопку. Вот так!
Плитка «Бэйб Рут» скользнула в руку Кармоди. Он сорвал обертку и попробовал.
— Настоящая «Бэйб Рут» или копия? — спросил он.
— Самая настоящая. Я заключил контракт с фирмой.
Кармоди хмыкнул, отлепил обертку от пальцев и бросил ее.
— А это, — сказал город, — яркий пример пренебрежительного отношения, с которым я постоянно сталкиваюсь.
— Всего лишь кусочек бумажки, — пожал плечами Кармоди, глядя на обертку, лежащую на безукоризненно чистой мостовой.
— Конечно, только кусочек бумажки, — посетовал Беллуэзер. — Но если умножить его на сто тысяч жителей, что тогда получится?
— Сто тысяч кусочков бумажки, — пошутил Кармоди.
— Ничего смешного, — сказал город. — Вы сами не захотели бы жить среди всех этих бумажек, уверяю вас. Вы первый пожаловались бы, если бы все улицы были завалены мусором. А вы сами? Разве вы убираете за собой? Конечно, нет! Вы предоставляете это мне, хотя у меня хватает и других городских дел — и днем и ночью. И по воскресным дням тоже.
— Вы так и будете продолжать? — спросил Кармоди. — Ладно, я подберу ее.
Он нагнулся за брошенной оберткой, но прежде чем его пальцы прикоснулись к ней, из ближайшей канализационной решетки высунулась механическая рука, схватила бумажку и спряталась.
— Все в порядке, — сказал Беллуэзер. — Я привык убирать за людьми. Я делаю это всегда.
— Ну-ну, — пробормотал Кармоди.
— Делаю, не ожидая благодарности.
— Я благодарен, благодарен! — крикнул Кармоди.
— Вовсе нет, — констатировал Беллуэзер.
— Ну ладно, я не благодарен. Что вы хотите этим сказать?
— Я ничего не хочу сказать. Будем считать инцидент исчерпанным.
— Достаточно? — спросил Беллуэзер после обеда.
— В высшей степени, — ответил Кармоди.
— Вы плохо ели.
— Я ел, сколько хотелось. Все было очень вкусно.
— Если все очень вкусно, почему бы вам не съесть еще чего-нибудь?
— Потому что больше не могу.
— Если бы вы не перебили аппетит этой шоколадкой…
— О, черт! Сладкое не портит мне аппетита! Как раз…
— Вы опять закуриваете, — заметил Беллуэзер.
