Губернатор сердито сверкнул глазами.
— А если бы мы не стояли насмерть, этот процент оказался бы значительно выше, — с растущим раздражением возразил он.
— Теперь не время для взаимных обвинений, друзья мои, — вмешался Джонсон, подняв руки, чтобы предотвратить дальнейшие пререкания. — Мы выдержали жестокую схватку и получили короткую передышку, вот и все. А теперь, магос Архой, скажи, сколько воинов могут выставить Механикум на защиту Диамата?
Магос помедлил с ответом. Один из его помощников поднял голову и выдал длинную последовательность протяжных звуков, используя все тот же двоичный код. Архой что-то ответил ему, затем снова повернулся к примарху:
— Как заметил губернатор Кулик, все малые кузницы были разграблены, а их защитники убиты. Оборона южного входа главного комплекса тоже далась нам тяжело, и гарнизон понес большие потери. В настоящий момент в нашем распоряжении всего одна тысяча двести двенадцать скитариев.
Немиил заметил, как губернатор скрипнул зубами, услышав ответ магоса, но сдержал гнев и промолчал.
— Спасибо, магос, — произнес Джонсон, снова направив разговор в деловое русло. — Со своей стороны, я могу выделить для защиты планеты сто восемьдесят семь ветеранов Астартес. Я еще не получил от капитанов донесений о состоянии техники, но и так знаю, что все оставшиеся корабли получили повреждения разной степени и нуждаются в пополнении запасов топлива, боеприпасов и амуниции.
Магос Архой поклонился примарху.
— Все ресурсы нашей кузницы в вашем распоряжении, примарх Джонсон, — сказал он. — Мы можем немедленно приступить к ремонту и дозаправке ваших судов.
— А после ремонта и пополнения запасов твои корабли смогут отразить следующую атаку? — спросил Кулик.
Джонсон на мгновение задумался.
— Это маловероятно, — признал он. — Мы будем удерживать их сколько сможем, но мои корабли не в том состоянии, чтобы рассчитывать на затяжное сражение. Однако учтите, что время работает против Хоруса. Воителю известно, что к Исстваану направляются колоссальные силы Астартес и они могут появиться уже через несколько недель. Каждый выигранный нами день приближает к победе.
— Значит, нам остается врыться в землю и заставить мятежников платить за каждый пройденный километр, а в этом у нас большой опыт, — мрачно произнес Кулик.
— А мы будем рядом с вашими солдатами, — пообещал Джонсон. Потом он повернулся к Архою. — Нам предстоит подробно обсудить план защиты. Могу я задать один вопрос?
— Конечно, примарх, спрашивайте, — ответил Архой.
Джонсон усмехнулся.
— Сейчас мне всего нужнее информация, — начал Джонсон. — В первую очередь я хочу получить сведения о материалах, которые мятежникам удалось увезти из ваших кузниц, а также о том, что осталось, и о местах складирования.
Несколько мгновений магос Архой молчал. Кулик, повернувшись, окинул его пристальным взглядом.
— Ответить на ваш вопрос довольно затруднительно, — наконец заговорил магос. — Мелкие кузницы почти полностью разрушены, и сведения об их запасах безвозвратно утрачены.
Джонсон успокаивающим жестом приподнял руку.
— Конечно, магос, я все понимаю, — сказал примарх. — Было бы вполне достаточно информации о запасах, имеющихся в главном кузнечном комплексе.
— Благодарю за снисходительность, примарх, — поклонился магос. — Я сейчас же отдам приказ своим служащим провести подробную инвентаризацию.
Джонсон улыбнулся, но в его взгляде осталась некоторая настороженность.
— Заранее благодарен, магос Архой, — произнес он. — А теперь прошу меня извинить. Я должен заняться проблемами моих братьев. Мы снова встретимся завтра, чтобы обсудить план защиты.
Магос Архой отвесил глубокий поклон и, обменявшись со своими помощниками короткими непонятными фразами, растворился в темноте, окружавшей сектор аудиенции. Губернатор Кулик, отмахнувшись от помощи медиков, неловко поднялся на ноги. Он почтительно склонил голову перед Джонсоном, а примарх, ответив кивком, провожал хромавшего губернатора взглядом, пока тот не вышел из зала. Только после этого он повернулся к Немиилу.
— Ну, что ты о них думаешь? — спросил он.
Вопрос вызвал у искупителя удивление. Он немного помолчал, собираясь с мыслями.
— Губернатор Кулик производит впечатление смелого и честного человека, — ответил он после паузы. — Разве мало мы видели правителей, которые при первых признаках опасности прятались в своих дворцах, отправляя в бой других?
— Ну, от его дворца остались одни руины, — заметил Джонсон.
Немиил усмехнулся:
