Лестница вывела их в помещение с низким потолком, которое служило местом для собраний в древние времена, а теперь в его стенах появились новые проемы, ведущие в узкие проходы из закаленного пермабетона. Лорд Сайфер уверенно шагал по слабо освещенным переходам, уводя их все глубже в лабиринт, который не укладывался даже в генетически улучшенную память Захариила. Они спускались все глубже и глубже, в самое сердце горы, пока Захариилу не стало казаться, что прошло уже несколько часов. По его представлениям, они были не менее чем в километре от поверхности земли, когда лорд Сайфер свернул в узкий сводчатый коридор, упиравшийся в высокую дверь. Захариил с удивлением отметил, что дверь, обитая адамантием, была вставлена в весьма мощную раму. Любое орудие, способное пробить такую преграду, уничтожило бы все, что находилось по ту сторону двери.
Лорд Сайфер остановился у этой двери и достал из складок одежды электронный ключ необычной формы. Кинув на Захариила очередной злобный взгляд, он приложил ключ к гнезду и нажал активатор. Хорошо смазанные засовы ушли в раму, и дверь бесшумно отворилась.
За ней оказалась вытянутая в высоту восьмиугольная библиотека. Уставленные книгами полки вдоль всех стен поднимались к сводчатому потолку приблизительно на пятьдесят метров. Длинные узкие светящиеся полосы, вмонтированные в каждый из восьми углов, наполняли комнату призрачным светом. Здесь пахло озоном и машинным маслом. Высоко на стенах Захариил заметил четырех логосервиторов, которые прицепились к поверхности паучьими лапками и замерли в равнодушном ожидании, поблескивая на Астартес маленькими красными огоньками глаз.
Пол библиотеки, как заметил Захариил, уходящий вперед шагов на тридцать, был устлан толстыми коврами, вероятно для того, чтобы преградить путь холоду подземелья. Тяжелые столы, расставленные по залу, были беспорядочно завалены стопками книг и пыльных старинных свитков. Еще больше книг грудами валялось на полу, между столами и даже под ними. Их было так много, что Астартес, опасаясь наступить на ветхие фолианты, замерли у порога.
Душный воздух библиотеки, казалось, стал плотным от вековой пыли. Единственным звуком было тихое урчание сервомоторов, доносившееся со стен. Невидимые потоки энергии, слабой, но вполне ощутимой, проникали в мозг библиария ледяными щупальцами.
Он набрал в грудь воздуху и нарушил мертвую тишину:
— Лютер? Мой лорд, ты здесь?
В тени кресла с высокой спинкой кто-то шевельнулся, и на фоне серебристо-голубого сияния Захариил увидел голову и плечи.
— Захариил, — откликнулся Лютер. Голос звучал грубовато, словно Лютер устал от долгих усилий. — Ты не должен был сюда входить.
Лорд Сайфер, дистанцируясь от остальных Астартес, осторожно шагнул вперед.
— Я прошу прощения, мой лорд, — заговорил он, склонив голову. — Они не посчитались с твоим желанием.
Захариил уперся взглядом в спину лорда Сайфера.
— Сейчас не время считаться с желаниями! — выпалил он. — Пришло время кризиса. Мой лорд, Калибан стоит на грани катастрофы. Легион должен вмешаться, иначе все погибнет.
Лютер медленно поднялся с кресла и вышел на свет. Вокруг его глаз появились черные тени, щеки запали, как после тяжелой болезни, а на запястьях, ладонях и даже на горле виднелись чернильные пятна. Правитель Калибана помолчал, рассматривая фигуры Астартес за спиной Захариила.
— Магистр Ремиил? — произнес он. — Это не сон? Я думал, что ты давно умер.
— Я продолжаю преследовать своих врагов, мой лорд, — с легкой улыбкой ответил магистр.
— Рад это слышать, — сказал Лютер, но тотчас нахмурился. — Но я вижу тебя в компании мятежников. — Он указал на сара Давиила. — Неужели ты теперь считаешь своим врагом меня?
Ремиил не дрогнул перед таким обвинением.
— Ни один верный сын Калибана не может быть моим врагом, — сдержанно ответил он.
— Мой лорд, — сочувственно произнес Захариил, — когда ты в последний раз ел или пил?
Астартес могли целыми неделями обходиться минимальным количеством пищи, но Захариил знал, что организм Лютера не получил такой способности. Глядя на правителя Калибана, можно было подумать, что он постился не одну неделю.
Лютер проигнорировал его вопрос.
— Что же происходит, братья? — спросил он уже более привычным, властным голосом.
— Секрет открыт, — хмуро заговорил Израфаил. — По всей Северной Чаще распространился слух о сговоре имперцев с колдунами. Волнения вышли из-под контроля, и чиновники Администратума возмущены.
Во взгляде Лютера вспыхнул гнев.
— С чего началось распространение слухов? — сердито спросил он. — Я приказал хранить этот секрет. Кто виноват?
Захариил сделал глубокий вдох и шагнул вперед.
— Я, — мрачно признался он. — Это моя вина.
Его заявление ошеломило Лютера.
— Ты? — недоверчиво переспросил он. — Но почему?
Все взгляды обратились на Захариила. Высоко подняв голову, он рассказал обо всем, что видел в Северной Чаще. Лютер молча выслушал, и его лицо
