Сцена 2
Тайное собрание
Ночь
В бетонном бункере шепотом общаются многочисленные заговорщики.
Когда дверь склада со скрипом открылась, тихая беседа смолкла. Помещение было пустым, не считая нескольких ящиков, разбросанных по металлическим стеллажам. Астелан переступил через порог и встретился в желтом свете ламп с дюжиной пар любопытных глаз. Большинство лиц он узнал, с половиной из присутствующих он сражался почти два столетия. Несколько воинов, все без исключения калибаниты, были ему незнакомы, но ему пришлось довериться решению Мелиана. Все легионеры были в звании капитанов рот и выше.
Двое — Нериедес и Темур — магистрами капитула. Как и Астелана, их отстранили от командования по неизвестным причинам.
Мелиан подошел к собравшимся и поднял руки.
— Братья, причина, по которой мы собрались здесь — магистр Астелан. Он сочувствует нашему делу и хочет высказаться.
Возражений не было. Астелан счел это сигналом того, что он может говорить.
— Мы собрались здесь, потому что разделяем одну точку зрения. Убеждение, касающееся природы Легиона Темных Ангелов и того, что значит быть истинным слугой Императора. Последние годы были трудными, но мы со стоическим достоинством вынесли ссылку, как и подобает воинам Первого Легиона.
Раздались одобрительные возгласы Темных Ангелов.
— Но… приближается время, когда такого стоицизма будет недостаточно. Грядет переломный момент. Те, кто верит в творение Императора, должны быть готовы к выбору, или же их сметут неподконтрольные нам события.
Вперед шагнул Темур, ветеран-терранец с бионической левой рукой и покрытым многочисленными шрамами лицом. Через вокс-решетку раздался искаженный электроникой голос.
— И ты тот, кто поведет нас через этот переломный момент, Мерир?
Голос был ровным, но в выражении лица угадывался намек на конфронтацию: Темур испытывал самообладание Астелана.
— Я не стану вам ничего навязывать. Мне это не нужно. Я всего лишь хочу предложить примерный план действий. Если вы его примите, то надеюсь, пойдете за мной до самого конца, — ответил Астелан.
— Отлично. Какова же твоя цель?
Астелан приложил палец к вокс-бусине в ухе.
— Пожалуйста, войдите, — обратился он по радиосвязи.
Дверь открылась, и полумрак рассеял яркий свет, на фоне которого вырисовалась невысокая стройная женщина в униформе ауксилии Имперской Армии, размещавшейся на Калибане с момента прихода Империума. Гостья сняла фуражку, обнажив коротко подстриженные и седеющие темно-рыжие волосы. В знак уважения она кивнула космодесантникам, которые приветствовали ее подозрительными взглядами. Мундир женщины украшали знаки различия старшего офицера и ленты заслуженных наград и боевых медалей.
— Милорды, — поздоровалась незнакомка.
Астелан закрыл за ней дверь и непринужденно встал рядом, от чего офицер казалась карликом.
— Мои братья, это полковник маркиза Бетолин Тилана. Если вам неизвестно, она — заместитель командующего силами гарнизона. Вы согласитесь, что он излишен для мира, на котором сейчас находятся более 30 тысяч готовых к бою легионеров. Но полковник разделяет наши беспокойства касательно верности Лютера.
На Темура сказанное не произвело впечатления.
— Гарнизона недостаточно, чтобы склонить превосходство в военной мощи на нашу сторону. Какая польза нам от нее?
Астелан взглянул на леди Тилану и кивнул, подталкивая дать ответ на вопрос.
— Полки сил обороны Калибана были созданы для обеспечения внутренней и планетарной безопасности, позволяя воинам легиона вести собственные войны, зная, что их родной мир в безопасности. Эти обязанности, как отметил магистр Астелан, стали излишними в присутствии такого количества легионеров на Калибане. После беспорядков в Северных пустошах мы и егеря стали исполнять по большей части церемониальную роль, ограничиваясь охраной не принадлежащих Легиону объектов.
Среди легионеров началось недовольное перешептывание, и Астелан поднял руку, чтобы восстановить тишину.
— Тихо, братья. Леди Тилана — старший офицер Имперской Армии и заслуживает нашего внимания и уважения. Такое поведение говорит о раздорах и плохой дисциплине, что вызвано нашим затянувшимся пребыванием на этой планете. Вам бы следовало подавать лучший пример.
