раздавалось отрывистое уханье автоматического орудия.
По пути им попалось множество убитых, и эверсор начал с того, что остановился и осмотрелся, чтобы определить, каким оружием сражались погибшие. Но он не нашел ничего, достойного его внимания; в основном это были стабберы модели «Найр» да случайно попадавшиеся лазганы. Гарантин всегда недолюбливал лазерное оружие: оно было для него слишком хрупким, слишком легковесным и слишком часто подводило в самый разгар работы. Ему нравилась обнадеживающая тяжесть баллистического оружия, увесистый толчок отдачи при выстреле, басовитый гул снарядов, вылетавших из ствола, или пронзительный вой игольных зарядов. Массивное комбинированное оружие в закрытом броней кулаке устраивало эверсора как нельзя лучше. Это была его мечта, воплощенная в оружейном металле.
Он присел на корточки под треснувшей терракотовой вазой, еще раз осмотрел свой «Экзекутор» и сжал пальцами рукоятку. Желание поразить цель — любую цель — стало настолько сильным, что он едва сдерживался. Вживленные в мозг кристаллы отзывались на его предвкушение легким покалыванием, и он почувствовал, как от впрыскивания успокоительных средств, предназначенных для выравнивания сердечного ритма, похолодели химогланды.
— Эверсор, — в наушнике его маски-черепа раздался голос снайпера, — к югу от нас, под разбитыми часами у входа на станцию монорельса, окопалась группа нерегулярных войск. В их распоряжении одно тяжелое орудие.
Гарантин выглянул из-за вазы и отыскал взглядом треснувший циферблат. Он утвердительно хмыкнул, и Келл продолжал:
— Они сдерживают натиск отряда Сил Планетарной Обороны. Солдат СПО осталось не слишком много. Сиди и наблюдай.
Последняя фраза вызвала у Гарантина неудержимый смех.
— Ну уж нет.
Он вскочил на ноги, в ушах зазвенело от стимъекторов, и в крови разгорелся бушующий огонь. Глаза Гарантина под маской широко раскрылись, а все тело напряглось, словно натянутая струна. Келл говорил ему что-то еще, но его слова теперь значили не больше, чем жужжание насекомых.
Гарантин спрыгнул с выходящего на стоянку балкона, пролетел два этажа вниз и приземлился прямо на сломанные часы, удерживаемые закрепленными на потолке металлическими тросами. Под его весом вся конструкция развалилась, и он вместе с часами рухнул на выложенный плитками пол позади импровизированной огневой позиции. При ударе часы рассыпались на части, и колесики, винтики, осколки циферблата разлетелись во все стороны, ошеломив людей у пушки.
Келл назвал их нерегулярным отрядом, значит, они не солдаты, по крайней мере официально. Обострившееся под действием стимуляторов восприятие эверсора помогло ему в один миг заметить все детали. Люди носили разные мундиры — некоторые были в форме СПО, другие в куртках Арбитрес. И их оружие было таким же разнородным. При виде упавшего с неба человека в маске-черепе артиллеристы развернули орудие на треноге и нацелились в него.
Гарантин с ревом бросился в атаку, и его крику вторил грохот «Экзекутора». Болт-снаряды взорвались в телах влажными алыми брызгами, и он мгновенно оказался в центре группы, поражая людей уже ударами нейроперчатки. Шипы с легкостью впивались в плоть, заставляя солдат кататься по полу в смертельных судорогах. Управляющих орудием артиллеристов он убил ударами бронированной рукавицы, пробив им грудные клетки до самого позвоночника. А в довершение ударил ногой и по треноге, так что пушка с грохотом покатилась по кафельному полу.
Еще дрожа от возбуждения, он расхохотался. Адреналиновая пелена не помешала ему заметить осторожно выглянувших из укрытия людей в форме СПО с лазерными карабинами.
Он отвесил им глубокий поклон.
— Служба спасения! — крикнул Гарантин. — Считайте это подарком от правителя Терры.
— Идиот. — Голос Келла пробился в его взбудораженный разум. — Посмотри на их нагрудники!
Он так и сделал; у всех солдат СПО на груди виднелся вытравленный символ аквилы, что свидетельствовало об их неприятии правления Императора. Солдаты открыли стрельбу, и Гарантин, снова засмеявшись, уклонился от лучей и бросился вперед, держа перед собой «Экзекутор».
Копье методично поглощал пищу. Человеческого питания вполне хватало, чтобы поддерживать биологию маскировочной наружности, пока он был в состоянии отстраненности, но внутренние слои истинного естества убийцы уже начинали испытывать голод. Несколько глотков крови портового рабочего и клерка на время утихомирили голод, но этого было явно недостаточно, а уничтожение псайкера отняло у него немало сил.
Зато сейчас он мог поесть вволю. Кости с хрустом размалывались острыми зубами, внутренние органы были еще теплыми и сочными, словно спелые фрукты, и крови было более чем достаточно, чтобы утолить любую жажду.
В самых глубоких каньонах разума Копья еще слышались стенания и крики маскирующего существа, которое было вынуждено наблюдать за всем происходящим из своей клетки. Оно никак не могло понять, что для Копья это был лишь слабый шум, что оно лишено возможности влиять на ситуацию в окружающем мире. И пока Копье удерживает контроль, такое положение сохранится.
Йозеф Сабрат был всего лишь последним в длинной веренице чередующихся образов, накладываемых на пластичный облик Копья, как очередной слой красителя, впитываемый многоцветным шелком. Плоть убийцы, служащая оболочкой для поселившегося в ней варп-хищника, была больше
