— Что вы намерены предпринять, чтобы вызволить нас отсюда?
Инск был рядом, бормоча успокаивающие слова и требуя у другого помощника релаксанты для своего хозяина. Воркеллен с горькими тирадами отмахивался от них обоих.
V
Аркадез был явно не в духе и ответил вместо старшего маршала:
— Мы в ловушке, идиот! Он ничего не может сделать.
Итератор оглянулся, намереваясь ответить, но прикусил язык, едва Ультрамарин нахмурился. Аркадез оставил его в покое и подошел к Гека'тану. Какими бы обезумевшими люди ни были, они расступались перед двумя легионерами.
Саламандр склонился поближе и заговорил тихо, чтобы никто не услышал его слова:
— Чем бы это ни было, оно придет за нами.
— Я знаю. — Аркадез поглядывал на людей. Они разбивались на кучки перед запертой дверью и перемещались в центр зала. — Их страх отвратителен. Я думал, этот мир считается довольно воинственным.
— Они не солдаты. К тому же многие из них прежде никогда не оказывались взаперти и не сталкивались ни с чем подобным. — Гека'тан умолк, сочувствуя перепуганной толпе. — Мы должны найти его.
Аркадез кивнул.
— Ты был прав, — продолжал Гека'тан. — Мы не можем ждать. Мы уже ждали на Исстваане. — Перед мысленным взором опять возникло то мрачное место из воспоминаний. — Мы ждали и погибли. — Его рука снова дрожала. Он сжал ее другой, чтобы унять дрожь.
Аркадез понизил голос:
— Жаль, что все это так тебя волнует, брат. Я не могу постичь твою боль.
— Это наследие нести не мне. Оно для тех, кто последует за нами, что бы ни случилось дальше.
Глядя на мертвых маршалов, Аркадез сменил тему:
— Это дело с самого начала должно было решиться кровью. Дебаты — фарс. Если мы не найдем убийцу, Империум обвинят в вероломстве. Никто не захочет вести с нами переговоры.
Гека'тан медленно покачивал головой.
— Возможно… Но у меня такое чувство, что здесь происходит еще что-то, нечто из прошлых времен, когда у Железных Воинов был гарнизон на этом мире.
— Тогда мы должны докопаться до истины, какой бы она ни была. И лучший способ сделать это — выследить потенциального убийцу итератора.
— Не могу отделаться от мысли, что это лишь способ скрыть куда большее злодеяние. — Гека'тан указал на толпу. Страсти немного поутихли. Их сменили жалобы и мрачное смирение.
— О людях тоже надо подумать.
— А что с ними такое? — у Аркадеза был удивленный вид.
— Если мы дадим себя обмануть, убийца превратит их в кровавое месиво.
— Им самим следует позаботиться о собственной безопасности.
— Один из нас должен остаться.
— Чтобы убить это существо, мы должны идти вдвоем. С каких пор сыновья Вулкана отказываются выступать единым фронтом?
— Мы еще и прагматики, брат, и понимаем, когда нужно приспосабливаться, — возразил Гека'тан. — Мы не можем дожидаться, пока нас перебьют на месте. Так что я пошел.
— Ты? — недовольство Аркадеза было очевидным. — Если ты так рвешься защищать людей, оставайся тут и занимайся этим. — Кое-кто из горожан начал оглядываться, так как разговор пошел на повышенных тонах.
— Я бы с радостью, но выйти на охоту способен только один из нас. Ты не сможешь.
В голосе Ультрамарина зазвучал гнев.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Посмотри на себя, — предложил Гека'тан с традиционной для Саламандр прямотой. Он не собирался никого оскорблять, просто не понимал, что его слова и поведение могут быть истолкованы таким образом.
— Я все еще воин, — заявил Аркадез, — сильный и ловкий, как какой-нибудь неотесанный варвар из дикого племени.
