Весь зал перед ними внезапно погрузился в полную тишину. Выжившие истваанцы в момент гибели Девы Битвы попадали на землю и, рыдая, катались из стороны в сторону, словно дети, лишившиеся родителей.
— Я не понимаю… — начал Тарвиц, видя, что воины Гвардии Смерти уже начали прочесывать помещение.
— Тарвиц, тебе и не надо ничего понимать, — сказал Эйдолон. — Мы победили, и только это имеет значение.
— Но что вы сделали?…
— Я всего лишь убил врага, — сердито бросил Эйдолон. — Это понятно?
— Понятно, — кивнул Тарвиц, хотя, по правде говоря, понять столь неординарную способность своего командира он мог не больше, чем принцип межзвездных путешествий в варпе.
— Уничтожьте всех оставшихся вражеских солдат, — отдал приказ Эйдолон. — А потом необходимо разрушить весь комплекс.
С этими словами он повернулся и стал спускаться с пирамиды, приветствуемый восторженным криком своих подчиненных.
Тарвиц подобрал свое оружие и посмотрел на развернувшуюся перед ним картину победы. Астартес уже перегруппировались, и он поспешил спуститься к раненому Гарро.
Капитан Гвардии Смерти сидел, прислонившись спиной к основанию пирамиды, его грудь тяжело поднималась, и Тарвиц понял, что только крайним напряжением воли Натаниэль не позволил встроенной в доспехи системе жизнеобеспечения впрыснуть медикаменты, отключающие сознание.
— Тарвиц, ты жив, — произнес Гарро, едва он спустился с последней ступени.
— Вроде того, — ответил Тарвиц. — Вот не знаю, можно ли то же самое сказать о тебе.
— Ты о чем? — фыркнул Гарро. — Это пустяки, были у меня раны и потяжелее. Попомни мои слова, парень, я поправлюсь и буду учить тебя новым приемам в тренировочной камере раньше, чем ты успеешь почистить свой доспех.
Несмотря на все странности прошедшей битвы и тяжелые потери, Тарвиц не смог удержаться от улыбки.
— Рад снова тебя видеть, Натаниэль, — сказал он, наклоняясь и пожимая протянутую руку. — Очень много времени прошло с тех пор, как мы сражались бок о бок.
— Согласен, мой названый братец, — кивнул Гарро. — Но у меня возникло такое чувство, что до окончания этой кампании нам представится еще немало возможностей.
— Вряд ли, если ты будешь и дальше так нарываться. Тебе нужен апотекарий.
— Чепуха, мой мальчик, тут много тех, кому помощь хирурга сейчас нужнее, чем мне.
— Ты никогда не научишься признавать, что тебе требуется помощь? — с улыбкой спросил Тарвиц.
— Нет, — согласился Гарро. — Это ведь не в обычаях Гвардии Смерти, не так ли?
— Будем считать, что я этого не знаю, — уклончиво ответил Тарвиц и, несмотря на протесты Гарро, махнул рукой апотекарию Детей Императора. — Вы для меня слишком варварский Легион, чтобы можно было что-то понять.
— А вы — компания примерных мальчиков, которых внешний вид заботит больше, чем достижение цели, — сказал Гарро, возвращаясь к обычной перепалке, заменявшей им приветствия.
Капитанов-побратимов связывало слишком многое, и они слишком часто спасали друг другу жизнь, чтобы позволить формальностям и мелким различиям между Легионами разрушить их дружбу.
Гарро ткнул пальцем себе за спину, на пирамиду:
— Ты убил ее?
— Нет, — ответил Тарвиц. — Это сделал лорд-командир Эйдолон.
— Эйдолон? — усмехнулся Гарро. — Вот уж не ожидал от него такого. Что ж, если он сумел ее одолеть, значит, кое-чему научился с тех пор, как я его видел в последний раз.
— Я думаю, что ты прав, — сказал Тарвиц.
Глава 6
ДУХ ЛЕГИОНА
ВСЁ БУДЕТ ПО-ДРУГОМУ
ОТВРАЩЕНИЕ
Локен обнаружил Абаддона на смотровой палубе, огромный купол которой выступал над верхней декой «Духа мщения». Прозрачные стеклянные панели ловили отраженный свет пустынных скал истваанского Экстрануса. Под куполом было тихо и темно, обстановка располагала к размышлениям, и
