— Кассар, если бы я только мог тебе объяснить…
— Ты пытаешься мне сказать, что не видел ничего, достойного веры? — разочарованно спросил Кассар.
Он отвернулся и сквозь поцарапанные панели обзорного окна посмотрел на приближавшихся воинов Гвардии Смерти.
— Титус, я долгое время ни во что не верил, — снова заговорил Арукен, — и за это я прошу прощения, как и за все остальное.
Кассар обернулся и увидел, что Иона Арукен вытащил свой пистолет и нацелил ему в грудь.
— Иона? — воскликнул Кассар. — Ты хочешь меня предать? После всего, что мы с тобой видели?
— Титус, я хотел только одного: командовать своим титаном. Я хотел когда-нибудь стать принцепсом Арукеном, но этого никогда не произойдет, если я тебя не остановлю.
— Знать, что вся эта Галактика лишена веры… Знать, что ты, возможно, единственный верующий, и все же верить, несмотря ни на что. Вот что значит вера, Арукен. Как бы я хотел, чтоб ты это понял.
— Слишком поздно, Титус, — сказал Арукен. — Прости.
Пистолет Арукена прогремел трижды, наполнив рубку вспышками света и грохотом.
Из тени входной арки Дворца Регента Тарвиц мог наблюдать за сражением. Он сумел уйти от разнузданной бойни, учиненной Ангроном, чтобы связаться со своими воинами, находившимися во дворце, но воспоминание о примархе Пожирателей Миров до сих пор застилало его мозг кровавым туманом.
Тарвиц оглянулся на дворец. Послеполуденное солнце отбрасывало длинные тусклые тени. Скоро наступит ночь.
— Люций! — крикнул он в вокс-передатчик, трещавший статическими помехами. — Люций, отзовись.
— Саул, что ты увидел?
— Боевые корабли и десантные капсулы с нашими опознавательными знаками приземляются к северу от нас.
— А примарх осчастливил нас своим присутствием?
— Похоже, что только Эйдолон, — с облегчением ответил Тарвиц.
Вокс-канал разрывался от помех, и Тарвиц понимал, что армия Воителя попытается подавить их связь таким образом, чтобы не нарушить свою.
— Послушай, Люций, Ангрон прорывается сюда. Верные Императору Пожиратели Миров не смогут его надолго задержать. Он намерен пробиться во дворец.
— Значит, будет отличная битва, — невозмутимо заметил Люций. — Надеюсь, Ангрон хорошо дерется. Наконец-то мне доведется сразиться с достойным противником.
— Можешь твердо на это рассчитывать. Нам необходимо укрепить свои позиции. Начинайте строить баррикады в главном зале. Если Ангрон даст нам время, постараемся перегородить основные помещения и пересечения переходов.
— С каких это пор ты стал здесь командиром? — запальчиво спросил Люций. — Не забывай, что я лично убил Вардуса Праала.
Тарвиц едва не задохнулся от ярости, обнаружив такое ребячество при остром недостатке времени, но сумел сдержать свои чувства.
— Отправляйся на место и помоги людям построить баррикады. Очень скоро мы все окажемся в самой гуще сражения.
Йактон Круз включил форсаж, и «Громовой ястреб», набирая скорость, понесся прочь от «Духа мщения». При мысли о том, что они, наконец, выбрались с корабля Воителя, у Мерсади немного кружилась голова, но, увидев мерцающие повсюду огоньки остальных судов флотилии, она погрустнела.
— Ну, что теперь? — спросил Круз. — Мы вырвались, куда дальше?
— Я ведь говорила вам, Круз, что у нас есть друзья, не так ли? — отозвалась Эуфратия из кресла второго пилота рядом с Астартес.
Воин недоверчиво покосился на нее:
— Хорошо бы, так оно и было, летописец. Но друзья ничем не помогут, если мы здесь погибнем.
— Но это была бы замечательная смерть, — произнесла Киилер, и на ее лице мелькнула призрачная улыбка.
Зиндерманн тревожно взглянул на нее, подумав, что они слишком понадеялись на обещание Эуфратии отыскать в темной бездне путь к безопасному убежищу. Пожилой итератор выглядел таким хрупким и слабым, что Эуфратия взяла его за руку.
Мерсади сквозь обзорный экран смотрела на дрожащие огни: все эти звездные корабли составляли флот Шестьдесят третьей экспедиции, и все они были враждебны.
Словно опровергая ее мысли, Эуфратия через окно указала на корпус одного мрачного судна, которое вскоре осталось бы в стороне, если бы «Громовой ястреб» продолжил следовать тем же курсом. Слабый свет истваанского солнца тускло отражался от ничем не украшенной металлической брони.
— Направляйтесь к этому кораблю, — скомандовала Эуфратия, и Мерсади с удивлением увидела, что Круз без всяких возражений повернул рычаг управления.
Мерсади не слишком много знала о звездных кораблях, но была уверена, что стоит им подойти ближе, как судно ощетинится дулами орудий и
