Гарро уловил согласную усмешку.
— Возможно, друг мой. — Затем примарх активировал общий канал и заговорил громче. — Сыны Смерти! Вам известны ваши цели! Расходитесь по подразделениям и доводите до конца начатое дело! Тифон остается со мной, задача Грульгора — овладеть центром управления, Гарро — захватить инкубатор. Вперед!
Воины Седьмой роты собрались вокруг своего командира, и Гарро с радостью отметил, что потери невелики. Апотекарий Войен внимательно осмотрел его с ног до головы, молчаливо комментируя состояние висящего на поясе шлема. Дециус тоже подошел с непокрытой головой, и губы на его бледном лице все еще были растянуты в хищном оскале. Немым подтверждением его успехов в убийствах служили клочья внутренностей, свисавшие с энергетического кулака.
Гарро кивнул своим людям, и они быстро построились. Оставив Грульгора добивать последних летающих йоргаллов, отряд двинулся к назначенной цели. Они быстрым шагом миновали дюны из химического песка и оказались в лесу из странных деревьев, сотканных из какого-то грубого волокна.
Сендек показал на свой планшет:
— Тактическая разведка показала, что источники теплового излучения, сопоставимые с инкубатором йоргаллов, расположены в той стороне. — Он махнул рукой. — Нам туда. Виртуальный компас не в состоянии охватить всю внутренность мира-бутылки.
— А насколько точны эти сведения? — поинтересовался Хакур. — Сервиторы-датчики не смогли нас предупредить, что место высадки десанта находится в химическом озере. Интересно, что еще они упустили?
Сендек нахмурился:
— Сведения… несколько противоречивы.
— Значит, нам лучше готовиться к сюрпризам, — заметил Раль, крепче сжимая приклад болтера.
— Не вздумай сожалеть о назначенной тебе цели, капитан. — Мортарион говорил, не глядя на него, а Гарро уставился на голопроектор в центре зала собраний «Стойкости». — Этот так называемый инкубатор не только ясли для йоргалльских детенышей, но еще и место, где проводятся модификации. Вполне возможно, что ты обнаружишь яйца не только с зародышами, но и со взрослыми вооруженными воинами.
Эти слова примарха он вспомнил, глядя на высокие волокнистые деревья. При углублении в «лес», где стволы стояли плотными правильными рядами, стало видно, что на них уродливыми плодами висело множество больших серых шаров. Кое-где в шарах можно было заметить движение и толчки. То там, то здесь попадались лужицы водянистой жидкости, которую Сендек немедленно определил как «желток». Войен с ним согласился и показал на истекающие жидкостью шары — разорванные, бесформенные и, по всей видимости, пустые.
— Корни деревьев всасывают жидкость и возвращают ее в систему, — предположил Сендек. — Очень эффективно.
— Я дрожу от восхищения, — бросил Раль таким тоном, что никто не поверил его словам.
Дециус прижал к груди болтер.
— А где же охрана? Неужели эти ксеносы так мало заботятся о своем потомстве, что оставили его на съедение хищникам?
— Возможно, их детеныши и есть хищники, — мрачно заметил Хакур.
Один из воинов отделения ветеранов остановился и показал прямо перед собой.
— Капитан, — окликнул он Гарро. — Вы видите?
— Что там? — отозвался Натаниэль.
Космодесантник, нагнувшись, поднял с земли блестящий металлический предмет округлой формы, повертел его в руках.
— Это… сэр, я думаю, это шлем.
Он поднял свою находку, чтобы показать остальным, и Гарро с ужасом узнал элемент брони Сестер Безмолвия. Внутри что-то повернулось, и из шлема на землю выпала отрезанная голова с пучком белокурых волос.
— Чисто отрезано, — произнес космодесантник. — И совсем недавно.
Войен прищурил глаза:
— А где же… все остальное?
Дециус дулом болтера показал на ветви нескольких деревьев:
— Здесь, и там, и там тоже. Мне кажется, повсюду.
На каждом из деревьев ясно виднелись красные и золотые обрывки.
— Сестры пришли в инкубатор? — удивился Хакур и внимательно осмотрелся. — Что здесь понадобилось ищейкам?
Дециус сухо усмехнулся:
— Старик, это будет второй вопрос после того, как мы выясним, что ее убило.
Спереди, из самой гущи волокнистых деревьев, послышалась болтерная очередь. Низкий рокот прокатился по песку под ногами, и Гарро успел заметить отдельные вспышки разрывов. Деревья впереди стали раскачиваться и ломаться с треском, напоминавшим хруст раздробленных костей. Вершины
