— Кадмиевая центрифуга. Объект подвергся нестандартной и очень сложной модификации органов. Его печень… В общем, я такого никогда не видела.
— Что же тут происходит?
— Я незнаю, — ответила Ида. — Я надеялась, что вы мне скажете… Есть и еще кое-что.
Она приподняла простыню. На мгновение стали видны разрезанные ножницами ткани, распиленные ребра и запекшуюся кровь.
— Здесь — указала она.
На бедре мертвеца была странная метка.
— Что это? — спросил Сонека. — Это змея?
— Похоже — проговорил Бронци, наклонившись и разглядывая мертвую кожу. — Змея… или какая-то рептилия.
Сонека приказал оставить часового у трупа и послал одного бойца оповестить командующего постом. Затем они с Бронци вышли на улицу.
— Мятежник? — спросил Сонека.
Бронци кивнул. — Скорее всего. На нем метка.
Сонека промолчал. Различные виды агрессивных рептилий были самым распространенным видом эмблем и символов на Нурте.
— Неужели они способны вот так изменить человека? — произнес Гуртадо.
— Понятия не имею. С той ночи в Тель Утане я готов поверить, что они способны на все, что угодно.
Бронци вытер рот тыльной стороной ладони.
— Послушай, Пето, причина по которой я сюда прибыл это именно та ночь. Я не хотел тебя бросать там.
— Я бы никогда и не подумал иначе.
— И все таки. Я уже начал собирать людей, чтобы отправиться искать тебя, но мне запретили.
— Могу себе представить — проговорил Сонека.
Бронци удивленно взглянул на него.
— Что это значит?
Сонека прошел еще несколько шагов и остановился, всматриваясь в огромный булыжник на горизонте. Тьма обволакивала его, смешиваясь с легким туманом из пыли.
— Мои люди были принесены в жертву, чтобы открыть проход в Тель Утан. Лон и еще несколько человек об этом знают, но я приказал им молчать. У меня свои соображения по этому поводу.
— Откуда ты узнал об этом? — не сводил с него глаз Гуртадо.
— Те, кто пожертвовал нами, сказали мне об этом в лицо.
— И мне. Значит, ты их видел? Специалисты, да?
— Альфа Легион, — медленно сказал Сонека и посмотрел на своего друга. — Столько историй за все эти годы и вот, я встречаю их, самых скрытных и хитрых из всех Астартес.
— Я стоял совсем рядом с ним, он сказал мне не вмешиваться. Он рассказал мне причины и посоветовал держать рот на замке по поводу услышанного.
— О ком ты говоришь?
— Альфарий!
Сонека улыбнулся. — Гуртадо, они все называют себя Альфариями.
Бронци потряс головой.
— Нет, Пето, это был Примарх, я клянусь! Я видел его лицо!
— Я верю тебе. Святая Терра, что же за война здесь ведется?
— Война лжи, маскировки и хитрости. Иначе зачем привлекать именно этот Легион?
— Я не полностью уверен относительно важности, — сказал командир поста Кослов. Он был бригадиром одного из Кримейских полков снабжения и являлся ответственным за операции в тылу кампании.
— Мы тоже — ответил Бронци. — Но факт остается фактом. У нас есть тело неизвестного воина с признаками нестандартных анатомических операций и татуировкой рептилии.
— Всевозможные уловки и тайные операции постоянно используются в этой войне — заметил Сонека.
Кослов взглянул на обоих.
— Откуда вы знаете?
— У нас свои источники — осторожно сказал Бронци.
— Если Нуртийцы пытаются внедрить в наши ряды своих бойцов, следует немедленно сообщить командованию — продолжил Пето. — Необходимо
