— Я на месте.
Не дожидаясь остальных, Тея немедленно защелкала переключателями и взялась за рычаги управления. «Гнев» ожил, по корпусу пробежала дрожь.
Кайвен крякнул, пристегнувшись к своему креслу, спиной к ней.
— На месте, — отозвался он, и Тея услышала писк и пульсацию навигационных систем, опознавших заложенный в память трона био-отпечаток оператора.
Еще она услышала, как он треснул кулаком по экрану ауспика дальнего действия.
— Вот клятая хрень, — проворчал он. — И меня уверяли, что его наконец-то починили.
Тея ухмыльнулась и промолчала. Винсент протиснулся к своему трону, расположенному ниже, в носу истребителя. Мониторов и рычагов перед ним было не меньше, чем перед Кайвеном, и куда больше, чем у нее. Откинувшись в кресле, стрелок напрягся, подключаясь к системе.
— На месте, — пропыхтел он и потянулся к рычагам управления.
Палубные рабочие захлопнули затемненный фонарь кабины, на чем предполетная подготовка была закончена. Тея слышала, как Кайвен стукнул костяшками пальцев по борту, и как Винсент последовал его примеру.
— Командир крыла Каренна, — произнесла она в маску респиратора. — «Веспер» готова к запуску.
Платформа подъемника дернулась и начала мучительно медленно выводить их на взлетную позицию.
По кабине раскатился низкий и спокойный голос:
— Тея.
— Первый капитан.
— Тактические данные уже загружаются, но тебе следует принять во внимание одну вещь. Я говорю об этом, потому что хочу, чтобы ты пережила следующий час.
— Какую, сэр?
— Будь готова к экстренной посадке, командир крыла. И позаботься о том, чтобы командующие эскадрильями тоже узнали об этом. План адмирала флота Юла потребует определенной скорости реакции ото всех, кто не находится на борту главных крейсеров.
— Благодарю за предупреждение, сэр.
Севатар не ответил. Связь уже оборвалась.
— Я ему нравлюсь, — сказала Тея, когда их подняли на взлет.
По обе стороны от них замигали палубные огни. Истребитель вздрогнул, останавливаясь в пусковой позиции.
— Мы на месте, — отрапортовал Кайвен. — Готовы к запуску. Цилиндры со сжатым воздухом в норме, катапульта заправлена. Ускорители в рабочем режиме.
Немного помолчав, он нарушил относительную тишину кабины приглушенным замечанием:
— Не ты. Мы все ему нравимся.
— Никто ему не нравится, — бросил Винсент через плечо. — Он обязан нам, и мы ему полезны. Разница очевидна.
Севатар наблюдал за приближением армады — все еще слишком далекой для визуального контакта, но ярко сиявшей на тактическом гололите. Координаты ведения огня обновлялись каждые несколько секунд и передавались всем судам флота, а оттуда — кораблям сопровождения и эскадрильям истребителей. По мере того, как расстояние между флотилией Повелителей Ночи и Темными Ангелами сокращалось, их рассеянные порядки начали образовывать боевой строй.
Надо было выиграть больше времени. Если Темных Ангелов не задержать, не пройдет и нескольких минут, как они вцепятся в загривок отступающему флоту.
Одна из рун на дисплее все еще его беспокоила. Проблема была не в восьмикратном численном перевесе Ангелов. Если план Юла сработает, они нанесут максимальный ущерб с минимальными потерями, а если нет, большая часть флота Восьмого легиона все равно успеет скрыться. На досуге можно было подумать над тем, как Лев ухитрился с такой небывалой согласованностью перебросить через варп всю свою армаду, но сейчас Севатару явно было не до этого.
Нет, проблема заключалась в этой единственной руне, обозначавшей один из его кораблей. Она все еще мерцала на голографическом дисплее, в то время как руны других отступающих кораблей гасли одна за другой — суда уходили в варп, отрываясь от преследователей. Поначалу руна перемещалась вместе с остальными беглецами, а затем остановилась. Сейчас она неподвижно зависла в пространстве, окруженная вспомогательными фрегатами и истребителями сопровождения.
Севатар обернулся к мастеру вокса в темной униформе слуг легиона.
— Вызвать их, — сказал он, указав на мерцающую руну.
