Заряд болтера просвистел мимо него. Темный эльдар приземлился за мон-ки и нанес удар перчаткой. Но рогатый воин оказался быстрее, чем предполагал Синдул. И это был его фатальный просчет. Мон-ки налетел на него со всей скоростью и весом двухсот пятидесяти килограммового примата. Синдул перекатился в сторону, но недостаточно быстро.
Мон-ки схватил его за лодыжку своей лапой и швырнул на землю.
Синдул попытался восстановить баланс, но его тонкая лодыжка была зажата каменной хваткой гиганта.
— Ты мне еще нужен, — взревел десантник Хаоса, пока Синдул дергался, словно пойманная рыба.
Выхватив пистолет из кобуры на груди, темный эльдар открыл огонь. Первый выстрел послал отравленный осколок в грудную пластину. Мон-ки увернулся от второго выстрела, слегка убрав голову в сторону.
— Остановись, сейчас.
Сказав это, мон-ки нанес удар тыльной стороной руки. Голова Синдула дернулась, и он обмяк.
Когда темный эльдар пришел в чувство, то тут же начал материться на своем родном языке.
Он был связан, запястья опутаны тяжелой цепью, которая тянулась к шее и голове.
Мешок, использовавшийся для хранения творога, был одет ему на голову; цепь затягивала его, врезаясь в щеки и лоб. Мешок вонял кислятиной и человеческими запахами.
Когда пленник попытался пошевелиться, Варсава придавил его грудь ботинком.
— Скажи мне свое имя, отродье тьмы.
Пленник попытался высвободиться. Варсава надавил сильнее, что вызвало очередное ругательство со стороны скорчившегося эльдар.
— Я Синдул, — рявкнул он, когда воздух снова начал поступать в легкие.
Варсава наклонился, буравя эльдар взглядом и изучая странные изображения на его броне. Враг был настоящим ксеносом, и даже его броня не поддавалась осмыслению. Он не принадлежал к Гаутс Бассику.
— Зачем ты пришел сюда, дитя тьмы?
— Я не буду говорить с тобой, — ответил Синдул, его слова звучали приглушенно из-за парусины.
— Это твой выбор.
— Есть и другие, — начал Синдул. — Нас много. Мы придем за тобой.
— Ты же прекрасно знаешь, что я их всех убил, — безразлично ответил Варсава. Он встал и подошел к месту, где среди пепла и грязи валялись тела. Мухи уже роились над ними, залетая в рты и глаза.
— Я насчитал четырнадцать. Больше никого нет. Ведь так? — спросил десантник-предатель.
Синдул подтвердил этот факт своим молчанием.
Варсава зашел за спину своей скорченной жертвы.
— Ты будешь говорить, — произнес он.
Воин снял пластину набедренной брони, под которой обнаружились полдюжины шприцов.
Услышав металлический щелчок, Синдул захохотал.
— Ты можешь пытаться причинить мне боль. Но ты действительно глуп, если хочешь таким образом разговорить меня, — произнес на эльдар на низком готике. — Мы приветствуем боль.
Варсава знал это. Темные эльдар были адептами культа удовольствия. Они были движимы удовольствием. Боль лишь способствовала их адреналиновой эйфории. Насилие ни к чему не приведет.
— Давай, постарайся, — глумился Синдул.
Варсава извлек шприц. Он представлял собой пневматический впрыскиватель, способный проколоть толстую кожу космического десантника.
— Это тетротоксилин. Используется в качестве анестезии, убивающей нервы. Мое тело ингибирует множество химикатов при попадании их внутрь. Но это… — произнес Варсава, держа шприц.
— Одна шестнадцатая дозы необходима для анестезии во время операции на космическом десантнике. Одной четвертой достаточно, чтобы вызвать паралич у молодой взрослой человеческой особи.
— Может мы и не такие крупные, но поверь, наш вид невосприимчив ко многим химикатам, — отозвался Синдул.
Он был прав, и Варсава также понимал это. Темные эльдар, несмотря на свою внешность, были невосприимчивы к токсинам и химикатам. По подсчетам Варсава нужно было увеличить дозу в четыре раза.
Без предупреждения Варсава схватил узника за голову и вколол жидкость в сонную артерию. Он вколол стандартную дозу, одну каплю.
— Это блокировщик ионного канала. Он рассчитан на не-Астартес. Он заблокирует твой мозг от получения нервных сигналов. Ты чувствуешь оцепенение в позвоночнике?
